Осетия и осетины
- 114 книг
Ваша оценкаВ книгу "Судный день" вошли рассказы, повествующие о войне в Южной Осетии 1991-1992, 2004, 2008 гг., основанные на реальных событиях. Их герои не вымышлены. Это цхинвальские парни, взявшие в руки оружие, добытое всеми правдами и неправдами. Например, в рассказе "Отступник" главный герой крадет у отца деньги, чтобы купить карабин, а его младший брат ходит за ним по пятам - в случае смерти старшего оружие достанется ему. Поступки героев подчас жестоки, иногда смешны - ничто человеческое им не чужд...
Жанры
Рейтинг LiveLib
5,0
1 оценка
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 1Хотят прочитать 5
Рецензии
hina_4lek28 июня 2018Бесконечная война,или Похождения грустного солдата Таме
Читать далееБогатая традиция русской военной прозы подпитывалась нескончаемыми войнами – воевали юнкер Толстой и поручик Лермонтов, комбат Гайдар и комиссар Фадеев, после Великой Отечественной появилась так называемая «лейтенантская проза»… Прошли десятилетия, Россия воевать так и не перестала, а вот достойных книг о последних военных конфликтах – раз, два и обчелся.
Книги переживших чеченскую войну солдат в основном представляют собой искреннее, но неумелое желание рассказать «как было». Немногие действительно хорошие книги об этой войне выходят крохотными тиражами, исключение - Захар Прилепин Патологии, а вместо них на полки книжных магазинов почему-то выставляют антинаучную фантастику вроде «Асана» Маканина.
И это настоящее чудо, что среди сражавшихся за свободу Южной Осетии нашелся человек, который смог не только правдиво, но и талантливо рассказать о постигшей его народ трагедии. Причем пишет он на русском языке. Еще более удивительно,что Тамерлан Тадтаев начал писать в 40 лет (!), когда, спустя несколько лет после первой осетино-грузинской войны, не нашел общего языка с новой властью молодого, раздираемого криминалом и коррупцией государства и лишился работы в Цхинвале.
Военные рассказы Тадтаева напомнили мне, не побоюсь этого сравнения, раннего Селина - полные черного юмора хлесткие метафоры:
Ты поздно раскинул мозгами в чужом саду незнакомого тебе народа,обращается герой к врагу, которому только что прострелил голову.
Хочется сразу предупредить – героев своих рассказов, пусть даже они являются настоящими героями войны, Тамерлан описывает, ни в коем случае не идеализируя, используя нарочито сниженный язык и в подробностях упоминая их слабости – как будто боится, что иначе эти живые фигуры забронзовеют и он уже не сможет вспомнить родных лиц. Например, рассказывая о легендарном командире Парпате, в одноименном рассказе Тадтаев рисует своего героя так:
Стоит поджарый, в камуфляжных штанах и бордовой футболке, невысокий гранатометчик. Ребята расступились и, застыв, смотрят на миндальное дерево, одиноко стоящее на склоне горы справа от трассы. Как долго он целится. Я зажмурился. Опять промажет. Грянул выстрел, двенадцатый по счету, кажется, а может, тринадцатый… Зря старается Парпат, все равно лучше Сереги из этой бандуры никто не стреляет.Патриоты жертвуют своими жизнями ради Родины, однако подчеркнуто лишены героических черт. Даже самого себя автор описывает как щуплого и совершено негероической внешности очкарика:
Где этот маленький Таме с пулеметом?Не только военные, но и обычные подростки, хулиганы и гопники вдруг встали с оружием в руках, порой добывая это оружие совершенно негероическим образом: в рассказе «Андрейка» протагонист утащил из дома казан, чтобы сделать мину, за что ему влетело от матери. Зато благодаря этому мирному предмету кухонной утвари был взорван автобус с грузинскими милиционерами. Так же негероически они покуривают анашу, чтобы снять напряжение между боями. Современный вариант «наркомовских ста грамм» — пара-тройка таблеток феназепама, а кто-то выбрал и вариант потяжелее. И немало страниц отведено на мечты о женщинах. А как еще справляться с крахом привычного образа жизни, с ежедневным страхом смерти, с необходимостью убивать?
Нет, не такой я представлял войну в самом начале. Думал, что прославлю себя в жарком бою. А на деле собачий холод, нехватка патронов и еще много того, о чем даже говорить не хочется – настолько все подло и мерзко. И один только Бог знает, когда все это закончится.Кроме того, еще одно отличие этого сборника от повестей о Великой Отечественной – это разрывающее душу героя ощущение предательства. Если враги советского солдата – иноземные захватчики, то для юго-осетинских ополченцев стократ больнее то, что врагами оказались соседи, с кем они ходили в одну школу, с кем дружили, с кем сходились в детских драках. Война пришла не просто в родной дом – война пришла от практически родных людей:
Дикой и нелепой казалась мысль, что меня могут убить на родной улице. Мальчишкой я мечтал о войне; грезил о подвигах, как и все мои ровесники. Жалел, что фашистов разгромили до нас и не с кем воевать. Почему же я не радуюсь теперь? Ведь моя мечта сбылась! Вот тебе война; воюй, сколько душе угодно! Ишь, как бьется сердце. Но не от восторга, нет. Ведь мы воюем не с немцами, а с нашими соседями-грузинами, которыми я так восхищался. Я даже хотел жениться на грузинке…, чтобы детишки наши приобщились к великому грузинскому искусству; научились бы читать в подлиннике «Витязя в тигровой шкуре» Руставели, а также зачитывались бы Чавчавадзе. Оценили бы по достоинству Тбилиси; особенно его дряхлую часть, которая вдохновляла художников… Бог ты мой, как же я ошибался!… «Осетины – пришельцы и пусть убираются с нашей земли!!! – так кричали «патриоты» Грузии. – Негрузины не имеют права иметь больше одного ребенка!»… Мне наплевали в душу. Растоптали мои чувства. Моя бескорыстная любовь к грузинам превратилась в святую ненависть к ним.Но, при всей ненависти к оккупантам, сердце героя разрывается от печали при виде гибели одноклассника-грузина («Друг детства»). Предательство олицетворяют и мародеры, которые рады пограбить в период беззакония. А еще есть предатели другого рода – политики, те, кто после войны присвоит себе лавры и начнет «осваивать бюджет», отодвинув воевавших на второй план:
Мы воюем и рискуем в любой момент отправиться к праотцам. А эти, что прячутся в подвалах и сбежали из города, переждут войну и выживут. А когда все закончится, они нагрянут обратно…Видимо, поговорка "кому война, кому мать родна" справедлива для всех стран и национальностей...
В сборник также вошли несколько рассказов о мирной жизни и «Стихи из мобильника», которые он начал писать, уже будучи признан как прозаик:
Моя жизнь – чередование войн,
даже в перерывах между ними
я воюю – и воевать буду –
с самим собой.
Рекомендую эту книгу не только для любителей военной прозы,но хочу еще раз предупредить об обилии натуралистических подробностей: книга строго 18+!
5 понравилось393