Цитаты из книги The Inevitable: Understanding the 12 Technological Forces That Will Shape Our Future

Не так давно люди в основном жили в небольших населенных пунктах. Соседка из дома напротив следила за всеми вашими перемещениями. Она выглядывала из окна и смотрела, как вы идете к врачу, и видела, что вы принесли домой новый телевизор, и знала, кто приезжал к вам в гости на выходные. Но и вы тоже смотрели на нее в окно. Вы знали, что она делает по четвергам, и видели, что покупает в аптеке на углу. И у этой взаимной слежки были преимущества. Если в ваше отсутствие в ваш дом входил человек, незнакомый соседке, она звонила в полицию. А когда она уезжала, вы забирали почту из ее ящика. Эта привычка следить друг за другом в маленьком городке приносила пользу, потому что была симметричной. Вы знали, кто наблюдает за вами и что делает с этой информацией. Вы могли уточнить, насколько эта информация соответствует действительности, и получали некие блага от того, что за вами наблюдали. Наконец, вы наблюдали за вашими наблюдателями в тех же обстоятельствах.

Сегодня мы, как правило, испытываем дискомфорт из-за слежки за нами, потому что мало знаем о тех, кто за нами следит. Нам неизвестно, что именно они знают. Мы не влияем на то, как будет использована информация. Нельзя потребовать, чтобы ее исправили. Они снимают нас на видео, но мы не можем снять на видео их. И преимущества от наблюдений за нами смутны и закрыты. Эти отношения не сбалансированы и асимметричны.

Повсеместная слежка неизбежна. Поскольку мы не способны помешать системе за нами следить, можно лишь сделать эти отношения более симметричными. Это способ сделать взаимное наблюдение цивилизованным, для чего потребуются и технологические решения, и новые социальные нормы. Писатель-фантаст Дэвид Брин называет это «Прозрачным обществом» – так названа его книга 1999 г на эту тему.

Чем больше появляется контента, тем более сфокусированным должно быть внимание. Еще в 1971 году экономист и социолог Герберт Саймон, лауреат Нобелевской премии, заметил: «В мире, богатом информацией, ее изобилие оборачивается недостатком чего-то другого – того, что потребляет эту информацию. Что потребляет она сама, вполне очевидно: внимание тех, кто ее получает. Таким образом, богатство информации создает нехватку человеческого внимания».

Наше внимание – единственный ценный ресурс, который мы лично производим без обучения. Запасы его невелики, и все хотят получить свою долю. Можно вообще перестать спать, и все равно у вас останется только 24 часа потенциального внимания в сутки. Ничто, никакие деньги и технологии, не могут увеличить этот объем. Таким образом, максимум потенциального внимания зафиксирован. Его производство по определению ограничено, в то время как изобилие всего остального растет. Поскольку это последний дефицит, то куда будет направлено внимание, туда потекут и деньги.

Книги способствовали развитию аналитического мышления. Чтение с экрана стимулирует формирование более прагматического типа мышления. Если во время сканирования текста пользователь столкнется с неизвестным ему фактом или новой идеей, у него есть несколько возможных вариантов: изучить вопрос, узнать мнение виртуальных друзей, найти альтернативные точки зрения, создать закладку, опубликовать в твиттере вместо того, чтобы просто поразмышлять над этим самому. Чтение книг усиливало наши аналитические навыки, стимулировало продолжать разбираться в вопросе. Чтение с экрана формирует навыки быстрого принятия решений, помогает связывать одну идею с другой, делает готовым к восприятию тысяч новых идей, которые появляются ежедневно. Сканирование информации учит мышлению в режиме реального времени. Мы составляем мнение о фильме в процессе просмотра, выясняем непонятные факты в ходе обсуждения, читаем руководство по эксплуатации прибора до того, как приобрести его, а не после того, как возвращаемся домой с покупкой и выясняем, что у него отсутствуют нужные нам функции. Экраны – это инструменты современности.

Они стимулируют нас действовать, а не пытаются убедить. Пропаганда теряет свою эффективность в условиях виртуальной реальности, потому что, хотя дезинформация распространяется со скоростью электронов, ее опровержение появляется не менее быстро. Википедия работает так хорошо потому, что обеспечивает возможность удалить ошибку одним кликом, благодаря чему уничтожить ложную информацию легче, чем ее изначально опубликовать. В книгах нам преподносят готовые истины, в виртуальной реальности каждый из нас собирает собственные мифы по кусочкам. Любая единица информации связана в сети с другой. Статус вновь созданного произведения определяется не тем, как его оценили критики, а степенью, в которой оно связано со всем остальным миром. Человек, предмет или факт не существуют, пока у них нет гиперссылок.

Процесс чтения становится социальным. С помощью экранов можно делиться с другими не только названиями книг, которые мы читаем, но и нашими впечатлениями и комментариями. Сегодня можно выделить фрагмент текста. Завтра мы сможем связывать выделенные куски друг с другом. Можно сделать гиперссылку с фразы, которую мы только что прочли, на противоположную ей мысль из книги, которую мы читали раньше, с непонятного слова – на его словарное определение, со сцены в книге – на похожий эпизод в фильме. (Для этого потребуются инструменты, помогающие найти соответствующие фрагменты текста.) Мы сможем подписаться на ленту с комментариями человека, мнение которого нам интересно, чтобы знать не только что входит в его список чтения, но и увидеть его заметки, вопросы, размышления.

Обсуждения литературных произведений, подобные тому, которые сегодня можно встретить на сайте обмена книгами Goodreads, возможно, вскоре будут более тесно интегрированы непосредственно с самими произведениями благодаря гиперссылкам. Так что, когда читатель будет высказывать мнение относительно какого-то фрагмента произведения, двусторонняя гиперссылка свяжет его комментарий с текстом и текст с комментарием. Даже небольшое произведение может собрать много пользовательских отзывов, которые будут непосредственно связаны с исходным текстом.

Замена напечатанных букв на электронные символы, которые можно читать с экрана, – это только первый из важных шагов в создании библиотеки будущего. Настоящее волшебство начнет происходить на втором этапе, когда каждое слово каждой книги получит перекрестную гиперссылку, будет сгруппировано с другими, процитировано, проиндексировано, проанализировано, прокомментировано и более глубоко вплетено в культурный контекст, чем когда-либо раньше. В новой реальности электронных книг и текстов каждая единица информации связана с остальными, каждая страница читает все остальные страницы.

Во второй половине 20 века специалисты в области образования, представители интеллигенции, политики и родители были обеспокоены тем, что поколение, выросшее на просмотре ТВ, окажется не способным писать. Телевизор был обвинен в самых разных бедах и проблемах общества. На протяжении какого-то времени складывалось ощущение, что никто не пишет или не умеет писать, а оценки за чтение снижались десятилетиями. Однако, ко всеобщему удивлению, крутые, способные обмениваться информацией, ультратонкие дисплеи компьютеров, телевизоров нового поколения, планшетов вызвали в начале XXI века настоящий «писательский» бум, который продолжается по сей день. Сегодня люди тратят на чтение в три раза больше времени по сравнению с этим показателем в 1980 году. К 2015 году во всемирную сеть было добавлено более 60 триллионов страниц, и их число продолжает увеличиваться на несколько миллиардов в день. Все эти страницы кем-то написаны. Обычные пользователи создают 80 миллионов постов для блогов в день. С помощью клавиатуры, а не ручки молодые люди по всему миру отправляют более 500 миллионов сообщений в день со своих телефонов. Появление новых видов мобильных устройств только повышает интерес к чтению и письму. Грамотность в США оставалась примерно на одном уровне последние 20 лет, но те, кто умеет читать, сегодня и читают, и пишут больше. Если сложить количество всех слов, написанных вами с помощью электронных устройств, то получится, что в неделю вы пишете гораздо больше, чем ваша бабушка, при этом неважно, где вы живете.

Каждый год мы получаем все больше данных, поскольку генерируем их относительно другой информации. Это называется метаданными. Каждый сохраненный нами бит побуждает создать еще один бит, относящийся к нему. Когда фитнес-трекер в виде браслета на моей руке фиксирует один шаг, он сразу же добавляет метку времени, а затем порождает еще больше новых данных, связывая последнюю информацию с собранной, и еще больше, отображая все это на графике. Подобным образом, когда девочка играет на электрогитаре и передает потоковое видео, собранная в этот момент информация создает основу для индексирующих данных о ее клипе, формирует биты данных для «лайков» или множество комплексных пакетов, необходимых, чтобы поделиться с друзьями. Чем больше данных мы фиксируем, тем больше порождаем. Эти метаданные растут даже быстрее, чем лежащая в основе информация, и почти не ограничены в масштабах.

Метаданные – это новое богатство, поскольку ценность битов увеличивается, когда они связываются с другими данными. Голый и одинокий бит ведет максимально непродуктивную жизнь. Нескопированный, неразделенный, не связанный с другими, он продержится недолго. Худшее будущее для него – припарковаться в темном изолированном подвале с данными. Больше всего биты хотят тусоваться с другими, связанными с ними битами, многократно воспроизводиться и, возможно, стать метабитом или действующим битом в участке устойчивого кода.

Два экономиста из Калифорнийского университета в Беркли суммировали объемы всей производимой информации и вычислили, что каждый год он растет на 66 %. Эта скорость не кажется астрономической, если вспомнить, что, к примеру, поставки плееров iPod увеличились на 600 % в 2005 году. Но такого рода подъем краткосрочен – он не может длиться десятилетиями (производство iPod резко упало в 2009 г). Объемы производимой информации устойчиво и невероятно быстро повышаются по крайней мере столетие. Рост на 66 % в год – то же самое, что удвоение раз в 18 месяцев, и неслучайно это скорость, описанная в законе Мура. Пять лет назад человечество хранило сто экзабайтов информации. Это эквивалент восьмидесяти Александрийских библиотек на человека. Сегодня на каждого в среднем приходятся 320 таких библиотек.

Со времени шумерских глиняных табличек и до настоящего момента люди «издали» по крайней мере 310 миллионов книг, 1,4 миллиарда статей и сочинений, 180 миллионов песен, 3,5 триллиона изображений, 330 000 фильмов, 1 миллиард часов видеозаписей, ТВ-шоу и короткометражных фильмов, а также 60 триллионов публичных интернет-страниц. Весь этот материал в настоящее время содержится во всех библиотеках и архивах мира. После полной оцифровки полученный объем информации можно сжать (при современном уровне развития технологий) и поместить на жесткие диски с объемом памяти 50 петабайт. Еще 10 лет назад для хранения информации объемом 50 петабайт потребовалось бы здание размером с небольшой город. Сегодня для размещения глобальной библиотеки хватило бы пространства вашей спальни. С технологиями завтрашнего дня она, вероятно, полностью уместится на карте памяти телефона. Когда это произойдет, вы сможете носить библиотеку библиотек в кармане, если только она не будет напрямую подключаться к мозгу через тонкие белые провода.

Самоотслеживание вовсе не ограничивается здоровьем. Его горизонты обширны, как сама жизнь. Крошечные цифровые глаза и уши, которые можно носить на себе, могут записать каждую секунду целого дня: кого мы видели и что сказали, чтобы помочь нашей памяти. Сохраненный поток электронных писем и текстовых сообщений формирует бесконечный дневник нашего разума. Мы можем записывать в него музыку, которую слушали, книги и статьи, которые читали, места, которые посещали. Важные детали наших рутинных передвижений и встреч, а также единичных событий и переживаний тоже можно выразить в битах и влить в хронологический поток.

Это явление называется «жизнепотоком». Впервые его описал исследователь вычислительных систем Дэвид Гелернтер в 1999 г. По его мнению, жизнепоток – это не просто архив данных, а новый систематизирующий интерфейс для компьютеров. Вместо старого настольного компьютера – новый хронологический поток. Вместо браузера для интернета – браузер для потока. Гелернтер и его аспирант Эрик Фриман определяют архитектуру жизнепотока так:

"Жизнепоток – это хронологически упорядоченный поток данных, который функционирует как дневник вашей электронной жизни. В нем хранятся все документы, которые создаете вы и которые посылают другие люди. В его истоке документы из прошлого (начиная с электронного свидетельства о рождении). Чем дальше от начала и ближе к настоящему времени, тем более свежие данные там хранятся: фотографии, переписка, счета, кинофильмы, голосовые сообщения, программы. На участке, переходящем от настоящего к будущему, в потоке содержится информация, которая потребуется позже: напоминания, записи в ежедневнике, списки дел.

Можно следить за тем, как поступают новые данные: они накапливаются в верхней части потока. Они перемещаются по нему с помощью курсора: прикоснитесь к документу на дисплее, и выпадет страница, содержание которой можно посмотреть. Можно вернуться назад или зайти в будущее и увидеть, что надо сделать на следующей неделе или в следующем десятилетии. Вся ваша кибержизнь представлена перед вами".

В настоящий момент все, что мы можем сделать с точки зрения взаимосвязи текстовых единиц, – это поставить в тексте ссылку на источник цитирования в библиографическом списке или сделать концевую сноску. Значительно полезнее была бы ссылка на конкретную фразу в определенном фрагменте в произведении, но технически реализовать это пока нельзя. Однако когда появится возможность расставлять в документе ссылки на уровне предложений и делать это так, чтобы они были двусторонними, мы получим сетевые книги.

Составить определенное представление о книгах будущего можно, если посмотреть на Википедию. Этот ресурс можно рассматривать как единую энциклопедию. Большинство из 34 миллионов страниц Википедии пестрят словами, подчеркнутыми голубым: это означает, что они представляют собой гиперссылки на понятия, которые объясняются на других страницах энциклопедии{84}. Это сплетение взаимосвязей становится именно тем фактором, который наделяет Википедию – и всю сеть – огромной силой. Википедия – первая сетевая книга. Со временем каждая ее страница будет переполнена ссылками, выделенными голубым, так как каждое утверждение может иметь ссылку на что-то другое.

Позже, когда все книги полностью перейдут в цифровой формат, в каждой из них появится похожий набор подчеркнутых голубым фраз, так как каждая литературная ссылка выходит за пределы содержания этой книги и связывает ее со всеми остальными. За каждой страницей скрываются другие страницы и другие произведения. Таким образом, книги выйдут за границы обложек и переплетутся в одну большую метакнигу – глобальную библиотеку. Коллективный разум этой объединенной библиотеки позволит читателям увидеть то, что они не смогли бы разглядеть через призму одной обособленной книги.

Цифровая культура – это состояние непрерывного потока, бесконечных коротких рекламных фраз, быстрых решений и полусырых идей. Это поток твитов, заголовков, постов в Instagram, банальных текстов и поверхностного первого впечатления. Знания не лежат отдельно на тарелочке, а тесно связаны со всем остальным. Истина не провозглашается авторами или властями, а по крупице собирается в режиме реального времени самими пользователями. Это поколение людей создает собственный контент и свою истину. Твердые копии не имеют для них такого значения, как возможность быстрого доступа. Цифровая культура быстрая, как тридцатисекундный трейлер к фильму, и подвижная и доступная, как страница Википедии.

Предыдущая экономическая модель человеческой цивилизации основывалась на складах произведернных товаров и заводах, забитых запасами грузов. Эти физически существующие товары по-прежнему остаются необходимыми, но их больше не достаточно для обенспечения благосостояния и счастья. Внимание погтребителей сместилось с физических товаров на поток нематериальных продуктов. (...) Ваш автомобиль, припаркованный возле дома, трансформировался в персональный транспортный сервис по запросу, который обслуживают такие компании, как Uber (...) Каждые несколько месяцев у вас улучшается функционал мобильного телефона, потому что поток обновлений добавляет новые свойства и обеспечивает преимущества, для получения которых раньше требовалось сменить телефонный аппарат. (...) Первые коммерческие компьютеры использовали метафору офиса. На дисплее компьютера отображался "рабочий стол", "папки" и файлы. Они были организованы в иерархическом порядке, свой1ственном всей промышленно1 эпохе, которую полностью изменило появление омпьютера. На втором цифровом этапе на смену метафоре офиса пришел организационный принцип сети. Базовой единицей стали уже не файлы, а "страницы". Они были организованы не в папки, а во взаимосвязанную сеть. Она представляла собой совокупность из миллиарда страниц с гипертекстовыми ссылками (...). Интерфейс с рабочим столом сменился на браузер - универсальное окно, способное видеть все страницы. Эта сеть, состоящая из ссылок была горизонтальной. Сегодня у нас происходит переход на третий этап. Страницы и браузеры утрачивают былую актуальность. Основными единицами становятся поток4и и ленты. Мы постоянно мониторим ленты новостей (...), в потоковом режием смотрим фотографии, фильмаы и слушаем музыку. (...) Нас захдестывают потокуи извекщений и обновлений. (...) Мы ставим теги и лайки, отмечая понравившиеся моменты в потоке. (...) У нас изменилось отношение ко времени ожидания (...) мы перешли в режим реального времени. Если мы отправляем кому-то сообщение, то ждем немедленного ответа. (...) В промышленную эпоху компании делали все возможное для экономии собственного времени за счет повышения производительности и эффективности труда. Сегодня этого больше недостаточно. Теперь нужно экономить время клиентов. Компании должны делать все возможное для взаимодействия с потребителями в редиме реального времени.