Марвин, кряхтя, засмеялся.
— Знаешь жрица... вот увидал я тебя первый раз... там, ещё на священной горе. В этом куске ткани, который и одеждой-то назвать сложно, срамота одна, — воин хмыкнул, а Риана, улыбнувшись, сильнее сжала его руку. — Так вот, увидал я тебя тогда и подумал: вот пришло то самое чистое создание, посланное нам богами и которое мы обязательно запятнаем... Потому что люди всегда всё портят. А потом многое случилось... да ты и сама боевая девка, людей убивала. Но знаешь... Вот стоишь ты тут такая, вся грязная, потрёпанная, в доспехах вон дыра уже, волосы взъерошены, словно мамка драла за дело... но вот я почему-то всё равно вижу в тебе ту девчонку, которая спустилась с горы. Чистая ты... светишься всё равно. Словно грязь этого мира не липнет к тебе.