Шинель. Нос. Старосветские помещики

Помню с детства. Тогда искала у Гоголя страшного или смешного и читала все подряд (кирпич "Мертвых душ" пугал объемом и ужасно не понравился "Тарас Бульба" -

Наткнулась на эту небольшую повесть. И обрела на всю оставшуюся жизнь эталонный образец истории любви. Без иронии и сарказма. Мое внутреннее устройство более ориентировано на зрелость и старость, чем на юность. Простым арифметическим подсчетом: сколько той молодости? Ну двадцать лет, исключая детство и пубертат - с пятнадцати до тридцати пяти. Хорошо - до сорока. А что потом? Доживать? Искусственно молодиться, чувствуя себя глубоко несчастливой, если не удается?

Не может, не должно быть так, чтобы половина человеческой жизни изначально предназначалась в отсев: отсель досель живете, а дальше - хоть длите бессмысленное существование, хоть так лягте, да помрите. Все равно, что иметь большую квартиру, в половину комнат которой стаскивать всякий ненужный хлам, а потом вовсе запереть и ключ выбросить. Для вящей надежности, забив досками. И жить во второй половине, богато и модерново обустроенной. Поначалу. Модное сегодня вызывает недоумение завтра, смешно послезавтра и превращается в уютное ретро некоторое время спустя. Чего тогда ты добился всеми усилиями? Нет,

Герои "Старосветских помещиков" были когда-то молоды и Афанасий Иванович даже увез увозом Пульхерию Ивановну, которую не хотели отдавать за него подобру. Но то так давно было, что за давностию лет успело уж и забыться. Да оно и неинтересно. А что интересно? Варить варенье из груш и слив, настаивать водку на шалфее; золототысячнике и персиковых косточках; солить грибочки счабрецом, гвоздикой и волошскими орехами. Потчевать всеми этими вкусностями друг друга и завернувших в гости соседей, выслушивая многозначительные рассуждения о французе, сговорившемся с англичанином, чтобы снова на нас Бонапарта выпустить.

Жизнь, которая может производить впечатление растительного существования: встали-поели-посидели-закусили-вздремнули-поели-легли спать, а можно взглянуть на нее иначе. Оазис нежной заботы - немного навязчивой, как у матери, укутывающей чадо шарфом или бабушки, пичкающей калорийными вкусностями; но такой уютной и теплой. С потрескиванием соломы в печах и пением дверей (всякой на свой лад) и побрехиванием дворовых жучек с барбосами. И все-то сыты от пуза в незамысловатом этом быту: дворовые девки объедаются вкусностями из кладовой, хуторские родичи их и кумовья задарены хозяйскими припасами, гуси с гусятами и свиньи с поросятами благоденствуют. Почти по Екклезиасту:

сколько ни тащут из господских кладовых, они не оскудевают.

Знаете отчего? Потому что истинная любовь что-то такое делает с миром, что позволяет накормить его пятью хлебами и двумя рыбами. Здесь подлинная, пусть не такая зрелищная и яркая, как у Ромео и Джульетты, пусть тихая и приземленная, и производящая впечатление неказистое. А вот поди ж ты, уходят из мира ее носители и словно ось из него вынимается. Все обессмысливается, все прежде правильное и соразмерное разваливается на куски и болото существования без любви с сытым хлюпаньем втягивает в себя обломки. И тогда понимаешь, какому чуду довелось тебе быть свидетелем.

Хотелось бы написать, какая светлая повесть. Светлая, но очень печальная.
А поведает нам Николай Васильевич о жизни немолодой семейной пары - Афанасии Ивановиче и Пульхерии Ивановне Товстогуб. Детей у них не случилось, и жили они ради друг друга. Обращались друг другу они исключительно на вы.
Пульхерия Ивановна занималась домом, все бремя правления лежало на ней, а Афанасий Иванович лишь изредка ездил к косарям и жнецам и смотрел довольно пристально на их работу.
Семейная чета, по старинному обычаю старосветских помещиков, очень любила покушать.
Даже когда мужу не здоровилось, Пульхерия Ивановна предлагала откушать кисленького кефирчика.
В общем, старички, как их называет автор, вполне довольны своей жизнью. И все бы хорошо, но из дома убегает хозяйская кошка., а это явный предвестник смерти. Гоголь здесь верен себе - без мистики никуда.
Жизнь Афанасия Ивановича стремительно меняется со смертью жены. Вот уж действительно - любовь до гроба.
Ну и отдельно упомяну о шикарных описаниях природы, помещений, комнат. Одни поющие двери чего стоят...

Герой романа Достоевского "Бедные люди" Макар Девушкин читает "Станционного смотрителя" Пушкина и гоголевскую "Шинель". Все три произведения объединены темой "маленького человека": у Достоевского - Девушкин, у Пушкина - Самсон Вырин, у Гоголя - Акакий Акакиевич Башмачкин. Кто такой "маленький человек"? Это не ребёнок и не пигмей. Это человек униженный, задавленный, и что главное - служащий: винтик в громадной машине, пропажа которого не скажется на работоспособности системы. Такой винтик всегда зависит от других, должен знать своё малозначимое место. Он - незначительное лицо.

Гоголевский "маленький человек" (чьё имя Акакий означает "беззлобный") совсем уж маленький. Он Богом забытый титулярный советник, умеющий лишь переписывать какие-то документы. Жизнь его беспросветна, однообразна, несобытийна. Акакий Акакиевич как будто лишен желаний и чувств: ничего кроме переписывания, которым он занимается даже дома в свободное время, его не интересует. Он ходит по улице, не замечая ничего вокруг, не замечая как его обсыпают мусором из окна. И неудивительно, что новая шинель становится для него событием всей жизни - торжеством сродни свадьбы. А когда с утратой шинели праздник, ради которого приходилось терпеть лишения и неудобства, превращается в трагедию, вся жизнь теряет смысл.

Незначительному лицу не могут помочь малозначительные лица в полиции и газете - на выручку может прийти лишь значительное лицо. И что же мы видим? Значительное лицо ничего не может сделать. Лицо генерала на табакерке продавилось. Значительное лицо что-либо значит только для самого себя и для таких же, как оно, значительных лиц. Иметь дело, оказывать помощь незначительным лицам для лица значительного - ниже его достоинства. Акакий Акакиевич уходит восвояси. Будучи незначительным, он не может восстановить справедливость. Он добьётся этого, но лишь после смерти. В этом смысле, Башмачкин хоть и жалок, но совсем не ничтожен. Он по мере возможностей старается восполнить свою утрату, не сидит сложа руки, как делал бы человек ничтожный. А не удалось при жизни, так он обратился в привидение, чтобы отстоять своё право. Если ли в этом чёрный юмор или нет, но выходит, что если вам хочется хоть чего-то в этой жизни значить - милости просим в гроб! На том свете творите, что хотите!

Но ведь помимо загробной жизни (фантастики) и личностной трагедии в повести полно юмора. "Найти мертвеца живым или мёртвым".. Тренировки командного голоса перед зеркалом... "После двух бокалов шампанского в комнате сделалось веселее"...
Итого: страшное, смешное и печальное. Ядерная смесь.

Пушкин, Гоголь и Чехов- окна в божественную, словно нерукотворную словесность. Иногда распахнутые, иногда приоткрытые, но неразгаданные, не поддающиеся анализу. Есть что-то магическое в простом пушкинском словосплетении: "уж небо осенью дышало, уж реже солнышко блистало.." Но Гоголь.. Это уже тёмный мерцающий космос. И на этом окне кошка, как самое мистическое животное.

"Старосветские помещики"-сюжетно незамысловатая история, в которой смешаны лёгкая ностальгия по старинному патриархальному помещичьему быту, хозяйству, серьёзному как химическая лаборатория, дому, где поют двери, самому малороссийскому целебному воздуху ; два добрые старичка и капелька мистики. Текст (прошу прощения за это сухое канцелярское слово) гениален до запятой. Не могу грамотно аргументировать, но уверена. Большой чайник, на котором чуть стерлась позолота, с настоем душистого разнотравья.

И ещё это история о любви, любви, которой "сейчас уже не делают". Гоголь именует это явление "привычка", но это больше чем привычка. Это то самое библейское "и станут двое единой плотью". И так трогательна Пульхерия Ивановна в своей предсмертной заботе о муже, который останется одинешенек. И так сочувствуешь Афанасию Ивановичу, льющему совсем не скупые мужские, но и не детские, капризные слезы по ушедшей жене. Это узы не условные, не формальные а именно цветущие и костенеющие  в том времени, в том саду, где постоянно варится варенье..
Сад, где постоянно варится варенье и дверь, жалующаяся "батюшки, я зябну" - ностальгическая картина потерянного рая. И жизнь старичков- в общем-то непримечательная, но добрая, кроткая, и, в конечном счете праведная.
А "Старосветских помещиков" я бы внесла в десятку лучших русских классических произведений.

А на государственной службе без перемен!

Я, признаться, считаю это произведение одно из самых грустных прочитанных мною. С одной стороны, «Шинель» - история об очень несчастном человеке. С другой - о природе государственной службы.

Какие бы ни были времена, какое бы не было государство, какие бы порядки не декларировались на бумаге… гос. служба, она и в Африке гос. служба. Основной отличительной чертой последней, является большая концентрация беспринципных карьеристов, психопатов и просто негодяев. Почему так вышло? Этого я точно не знаю, но этому явно что-то способствует. И наверное, все дело в большом количестве начальников и начальничков, разного рода категорий, рангов и прочего. Все то, что часто пагубно влияет на человека, то что делает из "департамента" банку с пауками, которые пожирают друг друга.

Сами понимаете, что значит попасть туда нормальному человеку. Варианта два: 1) испоганить себе нервы; 2) замкнуться в себе. Последний вариант и выбрал Акакий Акакиевич. Его пристанищем стал алфавит! Дружил он только с буквами, так как им не нужно было говорить: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?».

Название произведения говорит само за себя, да, оно написано о носе, и как оказалось нос человека может существовать самостоятельно. Как так, подумаете вы, но ведь это одно из немногих юмористических произведений Н.В. Гоголя, в котором он выразил образ собирательный, образ пустого и напыщенного человека, который гонится за статусом и только это его волнует в жизни. Что же делать человеку без носа? Надо идти в полицию, что герой и делает, а по дороге неожиданно встречает собственный нос в шитом золотом мундире, едущим в карете. Конечно же все в итоге образуется, но метания героя без носа однозначно надо прочитать.
Бесспорно, это рассказ актуальный по сей день, в наши дни большое количество персон которые мнят о себе больше, чем они есть. Может и с ними приключится аналогичная история и тогда мы об этом узнаем из скандальных СМИ.
Очень умно и гениально написано произведение, и конечно же рекомендации: обязательно к прочтению.
Мы будучи в Белоруссии в городе Бресте обнаружили памятник этому удивительному "Носу"
⠀

Однажды дала почитать "Легенды невского проспекта" своей знакомой. "Ну как, понравилось?" - спрашиваю, ожидая услышать восторженные отзывы. "Да никак.-отвечает - убить человека из-за шляпы!" (Речь об истории про Фиму Бляйшица).
Бесполезно было говорить человеку, что шляпа - это не головной убор. Это мечта, смысл жизни,это все... Как шинель у Акакия Акакиевича. "Что? "Шинель"? Вот уж бред!" - Не скажу, что из-за этого я не разговариваю со знакомой, просто говорить нам не о чем.
Как же можно назвать бредом мечту человека? Как он откладывал копеечки, экономил на всем. Выбирал воротник. Вот прям мурашки по спине.
И рукам хочется погладить сукно, из которого будет сшита шинель... Представляете, сколько счастья было у Акакия Акакиевича, когда он надевал "в люди" обновку?! А ее украли. Все копеечки, все несъеденные сухарики. Всю мечту его. И он взял и умер. Не от холода. От непереносимого горя.
Я не любила эту повесть. Серо, зябко, неуютно. Люблю широкие, раздольные, сочные повести-рассказы Гоголя об украинских просторах. А Петербургский цикл - слишком все мрачно, хотя и гениально мрачно! Вот ведь волшебник слова Гоголь! Будто затягивает нас в эту серую мокроту Петербурга.
Эх, жалко Акакия Акакиевича! А еще мне жалко Гоголя. Не Петербург ли сожрал его жизнелюбие, посчитав и Николая Васильевича слишком маленьким для своих масштабов человеком?

Когда я прочла этот малюсенький рассказ, я озадачилась – а зачем? Тег подсказал – 1001. Проверила, оно действительно в списке. А зачем? В общем-то да, начало 19 века, это сегодня фантастика воспринимается как само собой разумеющиеся и спецэффекты блокбастеров смотрятся буднично, но вспомните реакцию самых первых зрителей движущегося поезда. Они бежали в панике. Искусство должно вызывать эмоции – это его прямая обязанность, пробуждать в человеке что-то. Думаю, Нос в свое время был феерией, это была настоящая фантастика, ведь нигде ни слова не сказано, что это возможно было сон. Нет. Ни в коем случае. Это была реальность! Все герои испытывали настоящее тяжелое эмоциональное потрясение, связанное с лишение и преступлением. Более того, за столь маленький рассказ нам смогли весьма основательно охарактеризовать не многочисленных главных героев. Как произведение и с технической и с лирической точки зрения выполнено на 5 с +. Хороший такой шаблон для создания полноценного произведения.

   Помню, как когда-то учителя на уроках литературы наполняли смыслом эту повесть. Нос для них был то неким материальным символом, без которого главный герой чувствовал себя неуютно (не мог появляться в свет, не мог подняться по службе, не мог общаться с дамами), то чем-то духовным (Ковалев потерял душу и все хотел вернуть ее себе обратно, но это оказалось не так просто). Говорили и о раздвоении личности главного героя. И о комплексе «большого носа» самого Николая Васильевича.
   На мой взгляд, все это надумано и только вредит восприятию книги. По мне «Нос» - это отлично написанная абсурдическая история, чтение которой доставит огромное удовольствие, если просто расслабиться и дать волю своему воображению. Сюрреалистический сюжет с элементами социальной сатиры был создан Гоголем на зависть многим писателям, я даже скажу больше: он опередил свое время. Наверно, поэтому, боясь быть неправильно понятым своим поколением, автор «оправдывается» в конце произведения: «…как авторы могут брать подобные сюжеты… признаюсь, это уж совсем непостижимо, это точно… нет, нет, совсем не понимаю».

   <7/10>