Мама снова потянулась к нему. Он позволил взять себя за руку, но ее пальцы были слабыми, совсем слабыми.
— Злись, если хочешь злиться, — продолжала она. — И не позволяй никому тебе это запрещать. Ни бабушке, ни папе, никому. Если захочешь что-то сломать, тогда, Боже тебя благослови, ломай и круши на здоровье.
Он не мог смотреть на нее. Просто не мог.
— И если однажды, — мама заплакала, — ты вспомнишь то, что было, и тебе станет стыдно за свою злость, и за то, что ты когда-то разозлился на меня так, что даже не мог говорить со мной… то помни, что всё было хорошо, Конор. Для меня — всё было хорошо, я знала это, знаю сейчас. Я знаю всё, что ты хочешь мне сейчас сказать, ты можешь даже не говорить мне это вслух. Ты понял меня?
Ваша оценка
Lanafly26 апреля 2017
8 понравилось1,1K
durachok22 февраля 2015
wonderlust4 июля 2020
Sour-Cherry9225 февраля 2017
hawaiian_fox16 февраля 2017
