Фотография, на которой меня нет

Неожиданно узнал, что свой первый художественный текст - школьное сочинение, автор написал именно об этой истории, произошедшей с ним в северной енисейской тайге. Позже уже, как писатель, он пересказал эту историю более подробно - в виде этого рассказа.

Произведение мне очень понравилось. Но совершенно не хочу спойлерить здесь. Поэтому даже не буду объяснять, почему у произведения такое название. Скажу только, что в рассказе речь идет ещё о довоенном времени, рыбаках, которые промышляли на Енисее. Название этого сравнительно крупного рассказа мне ранее часто попадалось, только теперь довелось его с дочкой прочесть, в рамках её летнего чтения, что я делаю, часто составляя ей кампанию, поддерживая таким образом её заинтересованность в чтении.

Сам я с детства увлекался географией, любил разглядывать карту необъятной Сибири. И если относительно географии, природы и климата её южной части со временем получил хоть какое-то представление, так как эти края относительно более заселены, то относительно её северной и центральной части мои познания были слишком сильно ограничены. Чтение этого рассказа немного помогает мне устранить эти пробелы.

К слову, за живое тронула меня личность бригадира одной местной рыбацкой артели, украинца, разговаривавшего на суржике, спасшего главного героя - мальчика, на реке. Поностальгировал немного о тех временах, когда русских и украинцев не разделяла пропасть нынешнего враждебного конфликта.

Душевный рассказ!

Рецензия связана только с одноименным рассказом автора, а не всей книгой, куда он включен, озаглавленной так же. Сам рассказ достаточно подробно и обстоятельно повествует о деревенском детстве автора, тяжелой судьбе его родственников, затрагивает и другие темы.

Но так как я спойлерить не люблю, ниже в основном поделюсь мыслями, косвенно связанными с темами этого достаточно пространного рассказа.

Кажется, ещё средневековые авторы, начиная с Ибн-Хальдуна (возможно и раньше), достаточно прозорливо писали о своеобразном цикле, через которые проходят цивилизации в своем развитии и последующей своей деградации. Эта динамика связана не только с материальным развитием этих социумов, но и с "духовной компонентой" их развития.

Обычно на более ранних этапах их существования люди способны больше ценить дух самопожертвования, взаимопомощи и поддержки. Сильнее семейные и клановые связи, с трудом выживающие группы людей, больше ценят такое поведение. И эти ценностные приоритеты помогают их выживанию и развитию в целом.

Тогда как на более продвинутых стадиях материального прогресса эти ценности все больше утрачиваются. На фоне роста достатка и благополучия многих. Что, впрочем, сопровождается, расслоением населения, ростом несправедливости и эксплуатации др.

В чем-то справедливость этой теории подтверждается на примере истории и деревеньки из этого рассказа. Где на личные переживания главного героя, связанные с его болезнью накладываются описанные здесь тяжелые последствия коллективизации, катком прошедшейся по сельской глубинке.

И на всем этом фоне выделяются фигуры учителей. Не за страх, а за совесть стремящихся учить деревенских ребят. И своим поведением вызывая искреннее уважение. И со стороны детей. И их родителей. Способных оценить их усилия и помощь, которые они способны оказать им и их детям.

Заслуженное уважение!

Хромой милиционер на пенсии, подверженный приступам бешенства, пишет книгу и размышляет по поводу своей карьеры и мира вокруг. Крепкая повесть, с мощной, давящей атмосферой, но уж очень страдающая из-за отсутствия стройного сюжета. Ждешь, когда же Астафьев включит вторую и третью скорость, а он бесконечно выписывает персонажей, выписывает прекрасно, но только история от этого не только не движется, но и наоборот, тонет как в болоте, в этих постоянных сюжетных ответвлениях про второстепенных граждан, а герой не может даже дать в рыло гопнику, не отрефлексировав про себя о вечном в формате внутреннего монолога, и это нескончаемые хождения кругами с нытьём утомляет, хотя спившаяся, воняющая тетка из канавы в качестве абсолютного и непобедимого зла - концепция сильная.