Are We Smart Enough to Know How Smart Animals Are?

What separates your mind from an animal’s? Maybe you think it’s your ability to design tools, your sense of self, or your grasp of past and future—all traits that have helped us define ourselves as the planet’s preeminent species. But in recent decades, these claims have eroded, or even been disproven outright, by a revolution in the study of animal cognition. Take the way octopuses use coconut shells as tools; elephants that classify humans by age, gender, and language; or Ayumu, the young male...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

456 оценок

5
56%
4
35%
3
8%
2
1%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 519Хотят прочитать 1596

Рецензии

Anthropos
29 августа 2020
Разжевывание и топтание на месте
Автор начинает книгу с риторического вопроса в заглавии. И тут же в предисловии на него отвечает: «Да, но это неточно». Собственно на этом книгу можно было бы закончить, так как 90% ее посвящены совсем другой теме – попытке доказать неверующим, что животные это не автоматы, движимые исключительно инстинктами, а вполне себе живые и разумные существа способные испытывать эмоции, планировать свои действия, самостоятельно обучаться, и даже использовать орудия. О людях там нет, точнее есть, но только когда автор низводит с небес на землю своих идеологических противников, ну и еще чуть-чуть, когда описывает различные эксперименты.
Да, тема книги – важная и нужная. Я сам лично, и как биолог, и как обыватель не раз сталкивался с людьми, которые до сих пор не верят, что обезьяны наши ближайшие родственники, или что разумность человека не исключительное качество. Кроме того у меня нет никаких вопросов к Франсу де Ваалю, как ученому. Он действительно много сделал для этологии. Но у меня есть большие претензии к стилю данной книги, то есть к де Ваалю, как автору. Я всегда считал, что книга – это некий документ, некое негласное соглашение между писателем и читателем. И строится оно на взаимном уважении и понимании. Каждая аудитория, каждый писатель, каждый литературный жанр имеют свои особенности. Для научно-популярной литературы также есть уровни восприятия, одни книги ориентированы на продвинутого читателя, другие для начинающего интересоваться наукой. И я это нормально воспринимаю. Чего я не люблю, так это, когда меня держат за тупоумного. Когда автор выдвигает какой-то тезис, затем объясняет его, потом через 10 страниц возвращается к нему и объясняет снова, потом еще через 10, и еще, еще, еще. Первые пару раз думаешь, что текст просто плохо структурирован, ему не хватило нормальной редактуры, но чем дальше, тем больше недоумения возникает. Я уже понял с первого объяснения, зачем мне еще десять раз объяснять? Хватит, пожалуйста! Нет, если бы я был тем самым сомневающимся в уме животных, то возможно такая тактика бы и сработала: мне объяснили, потом рассказали какие шимпанзе умные – составленные из нескольких частей орудия используют – потом еще раз объяснили, потом рассказали какие вороны умные умеют камешки в сосуды кидать, потом еще раз объяснили, потом рассказали бы какие осьминоги умные, и тут бы я не выдержал и сдался, поверил автору, как тут сомневаться после осьминогов? Но вот взял ли бы вообще в руки эту книгу, если бы был тем самым неверящим? Большой вопрос. Но вот так вышло, что мне доказывать ничего не надо, и потому ценность книги почти сразу упала до нуля. Там есть множество примеров, но они, как правило, и так очень известные для интересующихся биологией, лично я всего пару-тройку для себя новых обнаружил. Но как иллюстративный материал книга все же имеет право на существование. Как полноценная работа по заявленной теме – нет.
Единственный момент, который вызвал мое любопытство, это отношение автора к языку и его связи с мышлением. Лично я до сих пор считал, что мышление и язык связаны очень тесно. У людей, понятно. Автор же считает, что язык в этом плане переоценен. Он утверждает:

До сих пор мне неизвестно никаких доказательств того, что язык служит основой мышления, кроме всеобщей в этом уверенности.
С одной стороны, из содержания книги утверждение вытекает очень логично, ведь если животные умны, а языка у них нет, значит не очень-то он и нужен для мышления. С другой стороны, де Вааль все время утверждает, что в человеке нет ничего совсем уж уникального. А тут получается, что он приписывает языковые возможности только людям. Например, он сомневается, что так называемые «говорящие обезьяны» реально мыслят языковыми категориями. Я недостаточно знаю, чтобы соглашаться или спорить с автором, но тема для размышления у меня точно появилась. За это книге спасибо!
У меня давно де Вааль был в "хотелках", я много про него слышал и видел ссылки на его работы. Но вот я добрался до его книги, и не сложилось. Рекомендовать бы тоже не стал, хотя не исключаю, что многим она покажется полезной.
Читать далее
87 понравилось
17
2,6K
Caramelia
12 января 2022
«Люди, возможно, лучше понимают друг друга, но это отличие от животных не настолько ярко, чтобы инопланетяне посчитали его главной причиной нашей исключительности». (с)
⠀⠀⠀Нереально сложно описать, как сильно я люблю и уважаю животных. Они всегда привлекали внимание: я могла часами рассматривать энциклопедии, посвященные им. А как любила передачи с ними. Чего стоят истории Дэвида Аттенборо! Не углубляясь в научные данные специально, всегда предполагала, что они действительно «умные», «понимающие» и «мыслящие» — кто-то больше, кто-то меньше. Как-то раз я просматривала релизы «Альпина нон-фикшн» в поисках интересной литературы и наткнулась на книгу Франса де Вааля «Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?». У меня не было каких-либо ожиданий, так как я ничего не знала об этом ученом и авторе. Я просто надеялась узнать что-то новое, интересное, познавательное или удивительное. И я действительно получила такое. В меру саркастичный и в меру серьезный де Вааль открывает путь в мир, где животные не считаются низшей ступенью развития по сравнению с человеком и где есть уважение по отношению к ним. Книга заставила о многом задуматься, причем, во многом о нас самих. Обо всем по порядку.О чем эта книга?⠀⠀⠀Поговорим для начала об авторе, потому что это крайне важно, так как это помогает понять экспертность, опыт, методологию и подходы в изучении. Франс де Вааль — американо-нидерландский этолог, который специализируется на приматологии. Его известная работа — «Политика у шимпанзе. Власть и секс у приматов» , которая всколыхнула научный мир. Его послужной список действительно велик: работа с известными учеными, масса значимых публикаций, профессор в Университете Эмори, директор Центра живых связей, профессор Утрехтского университета, член Национальной академии наук США. Кроме того, в 2007 году он был выбран в качестве одного из 100 самых влиятельных людей в мире по версии Time, а в 2012 году вместе с Дженнифер Покорны получил Шнобелевскую премию. Это взывает трепет и уважение по отношению к этой личности. И когда начинаешь читать эту книгу, понимаешь, почему этот человек так широко признан по всему миру: яркость, неординарность, дерзость, наглость в какой-то степени, бесстрашие ворваться в сферу, которая всегда была под сомнением. Его профессиональная деятельность касается таких областей, как поведение и познавательные способности приматов.⠀⠀⠀Начиная эту книгу, де Вааль бросает вызов традиционной исключительности человека в природе. Практически любая характеристика, которая приписывается только человеку, может быть оспорена в рамках детального изучения поведения животных. Автор, специалист по приматологии, уделяет большое внимание именно своей группе подопечных. Он весьма осторожен в выводах, но очень открыт к новым исследованиям в области изучения поведения. К примеру, де Вааль отмечает, что всегда удивляется сообразительности животных, но не спешит делать обобщающие выводы обо всех. Цель этой книги — показать новейшие представления о животных на примере их повседневных проявлениях сообразительности, которые подтверждены экспериментальными тестами. Он также пытается ответить на вопросы скептиков, которые сомневаются в когнитивном интеллекте животных: «Почему человечество так склонно преуменьшать интеллект животных?». Одно из самых главных посылов следующее: «Сравнение нужно проводить не между животными и человеком, а между одним видом животных и великим множеством других». И что еще важно, он делает уступку своей возможной субъективности в этой книге.⠀⠀⠀Де Вааль подробно описывает становление этологии и бихевиоризма, как они дополняют и отрицают друг друга. Главное различие между ними — противопоставление контролируемого человеком и естественного поведения. К примеру, именно в этологии зародилось понимание инстинктов, стереотипных моделей поведения, врожденных ключевых стимулов. Но обе школы были «реакцией на чрезмерную оценку умственных способностей животных». Можно говорить об «идеологической» хватке в науке в борьбе за качественное изучение животных. Вскоре молодое поколение этологов выступило против жестких концепций побуждений и инстинкта. И теперь ученые стали сочетать подходы обеих школ: «Эволюция сознания как область науки — это объединение двух школ, сохранившее все лучшее от обеих».⠀⠀⠀Первооткрывателем термина познавательных способностей животных стал Дональд Гриффин, хотя само по себе это словосочетание является противоречивым. Де Вааль призывает использовать «познавательные и умственные способности» по отношению к животным (познавание — преобразование данных в представление и приспособление к этому представлению, интеллект — успешный процесс). Но идеи Гриффина привели к появлению когнитивной этологии, которую часто называют биологией поведения, животным познанием или сравнительным познание из-за непопулярности «этологии». Кроме того, де Вааль уделяет внимание и культуре животных: наверняка многие знают историю с мытьем батата среди приматов (остров Якусима). Автор сам пытался убедиться в происходящем, задавая вопросы исследователям. И он не нашел никакого подтверждения мошенничества, подмены или чего-то несознательного, как в истории с умной лошадью Гансом, где человек непроизвольно помогал лошади считать.
Правило де Вааля: «Знай свое животное: каждый, кто хочет выдвинуть альтернативное предположение о познавательных способностях животного, должен либо близко познакомиться с видом, о котором идет речь, либо приложить усилия, чтобы подкрепить свое предположение фактами».⠀⠀⠀Читая книгу, невозможно не заметить, как де Вааль критикует тех, кто начинает сравнивать людей с животными по способностям и называть человека лучшим во всем: «Все, чего они достигли, — это заставили нас судить животных по человеческой мерке, игнорируя невероятное разнообразие умвельтов организмов». Автор так и высмеивает убеждение об исключительности человека в природе, называя его забавным. «Отсутствие доказательств еще не доказательство их отсутствия», — пишет ученый. Причем, когда мы сравниваем их и нас так, как выгодно нам, конечно, мы будем лучше всех. Животных часто ограничивают: к примеру, автор упоминает одного ученого, который считает, что если примат не может различать человеческое лицо, то он не справится со своими сородичами. Вот высказывание автора:
«Даже термин «нечеловеческий» режет мне слух, поскольку рассматривает миллионы видов в качестве неполноценных, как будто им чего-то недостает. Несчастные существа, они нечеловеческие».⠀⠀⠀И с таким сложно не согласиться, ведь это действительно так. И если так хотят сравнивать человека с животным, то автор часто описывает и критикует «исключительные характеристики человека». Ученые готовы признать, что реакция человека и крысы на отравленную пищу будет практически одинаковой (характеристика — умозаключения). Распознавание лиц, которое считалось только черт человека, можно обнаружить у человекообразных обезьян и макак (как мило шимпанзе радостно приветствовали ученого при появлении!). И даже у ворон, овец и ос (теперь у меня еще сильнее обострился страх ворон). А применение орудий/инструментов — тоже только у человека? И тут человекообразные обезьяны могут отличиться: раскалывание орехов с помощью камней; или шимпанзе из саванны: Илон Маск, а как тебе остроконечные палки для охоты? Даже у наших ближайших сородичей (бонобо, шимпанзе, орангутанги) есть каменный век, в котором они сейчас живут. Но де Вааль считает, что речью обладают только люди, так как пока нет никаких других сведений о богатстве символических форм общения у животных. Но если язык разделить на составляющие, то некоторые части можно обнаружить и у животных. К примеру, референтная сигнализация у зеленых мартышек. А как шимпанзе Аюма уделала многих со своей фотографической памятью, что даже разочаровала многих психологов? А знаете, что шимпанзе могут подавлять свои эмоции не поддаваться сексуальному влечению? Животное-человек: 1:0. Причем многие пытаются сравнивать нас с человекообразными обезьянами, а не с кузнечиками или золотыми рыбками. Человек не должен быть центром исследования животных.
«Мы все время стараемся обнаружить одно главное различие, будь то большой палец, противопоставленный всем остальным, сотрудничество, чувство юмора, чистый альтруизм, сексуальный оргазм, язык или анатомия гортани. Вероятно, это началось со спора Платона и Диогена о самом кратком определении человека».
«Возможно, когда-нибудь мы воздадим нашим браться заслуженное ими уважение».⠀⠀⠀Чтобы эффективно и грамотно изучать животных и их возможности, следует придумывать такие задачи, которые могут заинтересовать животных, соответствовать их анатомии, характеру и возможностям. К примеру, история с зеркалом и слоном, когда он не смог увидеть свое отражения из-за маленького размера предмета. Я всегда неоднозначно относилась к Конраду Лоренцу, но не признать его авторитет и важность для науки — невозможно. Он считал, что надо изучать животных комплексно с интуитивным пониманием. Де Вааль подчеркивает важное правило: нужно познакомиться с типичным поведением, понять его, а только потом проводить какие-то исследования. Де Вааль не просто пересказывает эволюционную историю, добавляя новые детали и информацию. Он выводит свои правила и понятия, которые помогут будущим исследованиям более точно и эффективно изучать поведение животных. К примеру, он придумал термин «антропоотрицание», которое означает «отрицание наличие в животных черт, характерных для человека». Автор также призывает к настойчивости и дружелюбии при изучении, где не нужно заставлять животное что-то делать.
«Основная проблема состоит в том, что все эти возражения очень сложно опровергнуть. Когда кто-то утверждает, что другие виды лишены той или иной способности и что, следовательно, эта способность недавно появилась у наших предков, то, как доказать шаткость такой позиции? Тут ведь бессмысленно пересматривать данные. Все, что мы можем заключить с некоторой степенью определенности, — что мы не смогли обнаружить данную способность у изученных нами видов. Мы не можем продвинуться дальше этого утверждения и сделать вывод, что такая способность отсутствует. Тем не менее каждый раз, когда противопоставляются способности человека и животных, стремление обнаружить качества, которые делают нас особенными, перевешивает все разумные доводы».⠀⠀⠀Несомненно, радует, что автор обращается к трудам как мужчин-специалистов, так и женщин-специалистов. Когда-то я встречала научные работы, где автора избегали отсылок на работы женщин (намеренно или нет — тоже вопрос). Кроме того, ученый избегает явного американо- и евроцентризма, расширяя границ исследования и уделяя внимание, к примеру, азиатским данным (японская методика наблюдения за животными). Это невероятно привлекает, потому что позволяет хоть как-то увидеть картину в общем плане. Проблема прослеживается во многих научных сферах, потому что привыкли к такому. Особенно радует упоминание русских ученых: Надежду Котс и Александра Котса, которые изучали мимику человекообразных обезьян. В одном из исследований Надежда сравнивала молодого шимпанзе Джони с ее маленьким сыном Руди. И она считается первопроходцем в практическом изучении познавательных способностей животных (приматов и попугаев).
«Я сомневаюсь, подозревал ли кто-нибудь на Западе, что познавательные способности птиц начали изучать в России задолго до того, как этим занялись во всем мире».⠀⠀⠀Список источников и литературы действительно масштабный и интересный. При этом он старается не только про свою специализацию говорить (приматология), но и затрагивать другие. Он представляет альтернативные точки зрения: например, мнение его коллеги Гриффина по поводу сознания у животных. Иллюстрации в этой книги — очень смешные и уморительные. Конечно, сложно их сравнить, к примеру, с потрясающими иллюстрациями, которые используются в книге «Автостопом по мозгу» Елены Беловой. Но в них есть свой шарм, и одну из них прикреплю в конце рецензии (котик на картинке — это я, когда говорят о тупости животных).⠀⠀⠀Его стиль напоминает стиль Ричарда Докинза в «Бог как иллюзия», только менее язвительный и менее резкий. Сарказм, ирония, строгость, яркость — все это переплетается в этой книге. Но слог автора не такой простой. Я посмотрела оригинальный вариант, и он тоже не самый простой. Но можно увидеть, как де Вааль пытается упростить сложные аспекты, за что ему отдельный плюс. По слогу чем-то напоминает Роберта Сапольски с «Биологией добра и зла». Кроме того, как отмечал автор, он не стремился к последовательности изложения, поэтому это тоже может повлиять на создание сложности. Книгу действительно не так просто читать из-за количества информации и сложности объекта/предмета анализа, но при этом очень интересно и познавательно. Когда есть интерес к самой информации или к автору, мы можем многое простить и можно преодолеть любую сложность, как мне кажется.⠀⠀⠀Сильные стороны (плюсы): история эволюции животных и исследовательских школ в понятном виде; огромный список литературы и источников; стиль автора, наполненный дерзостью, сарказмом, юмором и надеждой; создание своих собственных правил и установок; говоря о способностях животных, он не обобщает все это для всех животных; альтернативные точки зрения; смешные иллюстрации. Моменты, вызывающие сомнения (не плюсы и не минусы): слог автора (но заметна попытка объяснить сложное простым языком). Слабые стороны (минусы): не найдено.Выводы:⠀⠀⠀Я получила колоссальное удовольствие от чтения этой книги, хотя ученые-этологи не так часто привлекают мое внимание. А Франс де Вааль смог. Эта удивительный труд — настольная книга для тех, кто сомневается в возможностях животных. Пора прекращать принижать животных и возвышать человека, будто он венец всего. Мы можем использовать сравнения с человеком в изучении животных, но человек не должен становиться центром притяжения. Животные уникальные сами по себе, у которых есть свои особенности строения и поведения. Изучая их, многие исследователи делали выводы, которые были выгодны для исключительности человека (история со слоном и зеркалом), так как не учитывают возможности животных. Эта книга — вызов, хотя многие признают когнитивную этологию во всем мире. И я надеюсь, что дальше исследований еще больше, без привязки к человеку. Мы можем быть умнее других, но для чего это? Это не цель жизни. Рекомендую ли эту книгу? Да и еще раз да. Если вы интересуетесь животными, исследованиями в этой области, вам обязательно стоит почитать эту книгу.
Читать далее
59 понравилось
0
850
FemaleCrocodile
26 мая 2017
Ум за Разум
"Если бы лев умел говорить, мы бы его не поняли"
Людвиг Витгенштейн
Названия научно-популярных книг должны уже, пожалуй, вызывать приступы черной зависти и творческой апатии не только у редакторов жёлтой прессы, но и у авторов психологически достоверных бестселлеров, претендующих на престижные премии. Действительно: называйся эта книга, как ей и положено - "Когнитивная этология: становление, проблемы, перспективы" - и даже я не стала бы её читать, при всей увлеченности вопросом. Хоть трёх сов на обложке изобрази и маленького щеночка в очках в придачу. А тут, пусть и было опасение, что внутри скрывается развлекательный дайджест в духе телепередачи "Звериный репортер" про то, какие же зверики няши и умнички, но знакомое имя автора настраивало позитивно - как-никак, крупнейший специалист в приматологии, плохому не научит.
Внутри оказалось другое. Добрый человек Франс де Вааль очень просто рассказал о глубочайших исследованиях, которым он посвятил большую часть жизни. И хоть здесь и попадаются слова типа "бихевиоризм" и "конвергентная эволюция", но довольно редко, и автор их тут же доходчиво объясняет, не уходя от темы. Я тоже так хочу, но увы.
А тема такова: насколько уместна максима "человек есть мера всех вещей" в современной картине мира, если смотреть на нее с беспристрастной позиции практической науки? Возможен ли и нужен ли в принципе отход от антропоцентризма? Является ли наш вид уникальным носителем сознания? Не много ли мы на себя берем, отказывая животным в эксклюзивном праве на абстрактное мышление и речь, когда сами вряд ли управились бы с восемью независимо движущимися конечностями?
Книга основана на многочисленных контролируемых экспериментах и полевых наблюдениях. В центре внимания неизбежно шимпанзе со всей их сложной иерархией, социальными отношениями, находчивостью, способностью к сотрудничеству, сопереживанию и прокрастинации, макиавеллевским двуличием и потрясающим альтруизмом. Всего каких-то 90(с копейками или без)% совпадения генетической базы дают де Ваалю весомый повод сокрушаться, что "шимпацентризм" всего лишь частный случай антропоцентризма". Почему бы не обратиться к другим видам, чтобы изучать специфические особенности познания? Сколько угодно!
Непостижимые пчелы, "рабы", "королевы" и "солдаты" которых - всего лишь антропоморфные упрощения. Конь Умный Ганс, который и вправду умный, несмотря на то, что не умеет оперировать десятичными дробями. Роющие осы с их вдумчивой ориентацией на местности. Крокодилы, проводящие грамотный маркетинг стройматериалов. Слоны и дельфины, вороны и сойки, осьминоги и кошки. Да, и собаки, как единственные животные, добровольно идущие на МРТ.
Еще один немаловажный вопрос, поднимаемый автором: насколько адекватны выводы, полученные в результате всяческих изощренных и изобретательных исследований, когда главный инструмент - стресс испытуемого?

Обезьяны плохо справляются с социальными тестами, которые им предлагают представители другого вида
Еще бы: методики не идеальны, эксперименты не чисты, сложно найти альтернативу подходу, в основе которого мозговая деятельность человека, не все ученые осторожны в обращении с отсутствующими данными.
Кстати, об отсутствующих. Как сказал дико уважаемый мной антрополог Станислав Дробышевский, анонсируя долгожданную книгу Достающее звено :"У человека обычно есть мозг. И часто он был у наших предков (характерно, что черепа находят всегда без мозга, так что вопрос о наличии еще открыт)." Да, это реклама.
Читать далее
52 понравилось
14
1,2K