Ninefox Gambit

Информация - такое же оружие, как и все прочие.

Какая-то бессмысленная игра, которыми так славятся Шуосы. Один полковник однажды заметил, что Шуос ни за что не скажет тебе о чем-нибудь напрямую, если у него будет возможность направить тебя по мучительной извилистой дорожке, ведущей к ответу, манипулируя тобой с помощью словесных игр.

Увы, от маленькой ереси большие неприятности.

Отнимая имена, они лишали людей силы.

людей так легко увлекала комбинаторика того, кто с кем спал.

Теперь он сомневался, осталось ли в его голове что-нибудь еще, кроме стаккато пальбы.

...Я выстрелил ей в висок.
   Момент был не подходящий, потому что Цзян и Гве Пиа также находились в командном центре, и Гве Пиа была впечатляюще хорошим стрелком. Она бы меня достала, если бы решилась стрелять через Цзяна, но она о таком и не подумала, хотя я-то сразу всё рассчитал.
   Черис подумала, каким словом можно назвать офицера, который тотчас же рассматривает стрельбу через товарища как один из вариантов проведения.

У мертвецов, у обнаженных костей, с которых испарилась плоть, утешения не получишь. Ничего не получишь, кроме голых цифр.

Ничто не убивает уважение быстрее, чем жалость.

“One of these days you’ll tell me to do something hard, sir,” Weniat said.
“Go fuck a power socket, Captain,” Ragath said without heat, and signed off.

Captain-engineer Nirai Weniat might have been the only person in the swarm who liked threshold winnowers. It wasn’t that he thought their destructiveness was funny, although people had accused him of thinking destruction in general was funny. It was the purity of the winnowers’ function: death that caused death that caused death.
The universe ran on death. All the clockwork wonders in the world couldn’t halt entropy. You could work with death or you could let it happen; that was all.

If anyone ever asked Mikodez, immortality was like sex: it made idiots of otherwise rational people.

Помни цифры, Черис. Иногда это всё, что у тебя есть.

— Мы будем готовить пропагандистские вбросы.

Она так устала, что понятия не имела, удалось ли хоть что-то сделать правильно. В математике можно положиться на экспертную оценку, логичные доказательства и ответы, но война — всего лишь неопределенность, помноженная на неопределенность.

— Всё общение — это манипуляция, — сказал Джедао. — Ты математик. Ты должна знать об этом из теории информации.

Ценность чего бы то ни было понимаешь лишь после того, как это у тебя навсегда забирают.

Like Cheris, he wore the red cadet uniform. The two of them had a theory that the first Shuos heptarch had picked her faction’s colors to make her own people extra-special easy to assassinate from a distance.

The Drummers’ Ward was wracked by riots. Cheris had asked what the riots were about. Ragath had given her a jaundiced look, then said, “The generalized unfairness of life.”