Гений

Жизнь требует, чтобы мы постоянно приспосабливалис к новым обстоятельствам.

Это была одна из тех летних резиденций привилегированного класса, находящихся неподалеку от нетронутых дебрей, где всё создаёт иллюзию жизни на лоне девственной природы, неисследованной и полной опасностей, хотя на самом деле они расположены достаточно близко от таких больших городов, как Квебек и Монреаль, чтобы можно было спокойно наслаждаться всеми благами цивилизации, не боясь неприятных сюрпризов.

Даже в большом городе пора, когда листья начинают желтеть и опадать, навевает грусть, которая ещё усиливается при появлении обычных предвестников зимы: серого неба, резкого, порывистого ветра, что гонит по улицам щепки, солому, обрывки бумаги, – даже из дому выйти неприятно.

Человеку, привыкшему наблюдать чередование времен года, посевов и урожаев, вся жизнь, с её неугомонным мельканием образов и форм, кажется игрою преходящих теней. Даже люди были для него подобны листьям, падающим с деревьев.

Новичку требуется немало времени, чтобы обратить на себя внимание. Все мы должны пройти через годы учения, на какое бы поприще мы ни вступили.

Во всём чувствовалась та пропасть, которая отделяет простого смертного от представителей богатых классов.

Истинная страсть молчалива.

Бог был для них принципом таким же непреложным, как, скажем, арифметическая истина, что дважды два — четыре, и он проявлял себя повседневно, повсечасно и ежеминутно, как в убогой каморке, так и в мире вращающихся солнц и планет. Бог — это принцип. Наконец-то Юджин понял это.

И хоть бы сами мы были ничтожествами в душе, хоть бы сами были гробами поваленными, мы вместе с другими бежим прочь. Но этим мы лишь подтверждаем превосходство тех мудрых сил, которые ведут человека к предназначенной цели, не позволяя его развращенности, его рабской подражательности замутить их светлый приговор.