1Q84: Books One and Two

The year is 1984. Aomame sits in a taxi on the expressway in Tokyo. Her work is not the kind which can be discussed in public but she is in a hurry to carry out an assignment and, with the traffic at a stand-still, the driver proposes a solution. She agrees, but as a result of her actions starts to feel increasingly detached from the real world. She has been on a top-secret mission, and her next job will lead her to encounter the apparently superhuman founder of a religious cult. Meanwhile, Teng...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

1,3K оценки

5
54%
4
33%
3
10%
2
3%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 1651Хотят прочитать 1033

Рецензии

machinist15 октября 2011 г.
Давненько сэнсэй Мураками не баловал нас настоящими романами толщиною с кирпич, глубиною по шейку. Конечно, он как истинный сын красного солнца не забывал про читателей и периодически подкидывал на книжные полки то проходные сборники рассказов, то опа! - документалистику про секты, то вообще какие-то невнятные очерки на бегу. В общем, издателю издателево, однако пора и честь знать. Тут-то Мураками и замурлыкал, и окатился ажно трехтомным романом "1Q84".
Отбросив тупые дебаты про объективность и субъективность, скажу прямо от четвертого лица - роман удался на славу. Ажиотаж в книжных магазинах по случаю выхода книги можно сравнить разве что со студенческими волнениями 60-х. Жены бросали своих мужей, мужья не отвечали на звонки любовниц, любовницы подавали в суд на сутенеров. Школы закрывались на карантин, церкви заколачивались крестом. Мир обезумел и одновременно застыл. Всех хотели только одного - забыть про насущные дела и почитать того самого Мураками, который хоть и не обещал, но вернулся. И я там был... Но прежде чем транскрибировать японские иероглифы, пару слов вокруг да около.
Где-то я читал мысль, что, дескать, все творчество БГ, все его неподдающиеся счету альбомы, все его n-е проекты, все его компиляции и кооперации на стороне, все это – одна песня, бесконечно длинная и со всех сторон прекрасная. Так вот, творчество Харуки производит аналогичное впечатление. Каждый его роман – это отражение и преломление других его романов, продолжение последнего романа и трамплин для будущих, что в сумме образует полотно, на котором красная нить повествования кропотливо и бережно выводит образ загадочной души человека с узкими глазами. Спросите меня, о чем та или иная книга Мураками – и я лишь почешу репу, все книги смешались в одну. А спросите, не обрыдло ли читать одно и то же – отнюдь! Потому что каждая его книга – это не повторение из пустого в порожнее, это новая книга о главном. А у главного, как известно, нет ни дна, ни границ, пиши хоть вагонами. Чего же боле…
Другая фишка книг Мураками состоит в том, что они сродни медитации в безоблачный день. О чем бы он не писал, какие бы кормушки не лепил – все воспринимается спокойно и адекватно, без излишних разноцветных эмоций и кусания ногтей. Дыхание ровное, пульс стабильный. Даже такие обычные повседневные занятия, как прием пищи, работа, прогулка, секс и т.д. у Мураками превращаются в некий особый ритуал, в некий процесс с большой буквы. Таким макаром, его книги – это своего рода равномерное поступательное движение, убаюкивающее, гипнотизирующее, с имбирем и соевым соусом, пожалуйста.
Для краткого экскурса в историю японских причуд стоило бы упомянуть еще про политику изоляции Сакоку и пробежаться по дискографии группы Merzbow, но об этом как-нибудь в другой раз, а то я на электричку опоздаю.
Итак, «1Q84». Роман состоит из двух параллельных историй, которые по ходу дела пересекаются, переплетаются, ля-ля-ля-тополя, кульминация, занавес. У Мураками уже были произведения с такой структурой, и в них он проявил себя молодцом. К данному роману в плане композиции, перспективы и баланса сюжета также претензий нет, все чин-чинарем и в жилу. Касательно стилистики и языка, разительных перемен, по крайней мере, по сравнению с последними «Кафкой на пляже» и «Послемраком» я не обнаружил. Может текст стал чутка помудрей и проницательней, может обороты стали более отшлифованные и децл поизобретательней, но в целом это все тот же старый добрый Мураками, а другого нам и не надо. Так что это за истории длиною в три тома?...
История №1: Аомамэ – инструкторша фитнес-клуба и по совместительству киллер, специализирующийся на насильниках. В детстве, как и ее родители, состояла в секте «Очевидцев», откуда потом ноги в руки. Любит свое тело, умеренный алкоголь и секс на одну ночь. И все бы ничего, но в один прекрасный день она едет на такси и попадает в жуткую пробку, выходит на трассе в неположенном месте, перелезает через забор, спускается по лестнице, и… попадает в год 1Q84 (Одна тысяча невестьсот восемьдесят четвертый, Q – это англ. Question – вопрос, сомнение, возможность, шанс), альтернативную реальность, где, как в сериале «Скользящие», вроде все то же самое, но чертова калитка не скрипит.
История №2: Тэнго – учитель математики и по совместительству начинающий писатель. Без амбиций и конкретных планов на завтра, плывет по течению, лелея одиночество. Имеет связь с замужней женщиной. И все бы ничего, но в один прекрасный день его друг и коллега по работе в издательстве Комацу делает ему необычное предложение: частично переписать роман семнадцатилетней девушки Фукаэри, якобы после редактуры у этого произведения есть все шансы стать бестселлером и получить премию Акутагавы. Вначале Тэнго ломается, но потом соглашается и пускается во все тяжкие, совершенно не подозревая о том, что хорошо написанный роман ничем не отличается от того, что нам видно в окне.
А далее начинаются такая свистопляска и такой коловорот, что мама не горюй, папа поздно петь песни. Сюжет ускоряется, обрастаем мясом, на сцене появляются новые герои, новые истории, которые в свою очередь множатся, как кролике по весне, на другие истории. Сны наслаиваются на явь, явь на сюжеты книг. Где родной 1984 год, а где фиг знает какой – поди разбери. Прикольно наблюдать за собственным мозгом, как он волей неволей пытается разобраться во всем этом бедламе, начинает сопоставлять, выдвигать версии. Потом, конечно, потихоньку помаленьку куски мозаики собираются вместе, и эпизоды выстраиваются в линию, но даже после тщательного анализа общая картина вырисовывается только на половину.
Много букв отведено теме религиозных сект. Много настолько, что даже утомило. То ли в Японии это вопрос шибко актуален, то ли для автора это больная мозоль – в общем, откуда такой рьяный интерес к обществам закрытого типа не вдуплил. Ну, и как бы ничего конкретного интересного: ни тебе исторической справки, ни мотивации сектантов, лишь поверхностные очертания да газетные вырезки.
Понравился эпизод, когда Тэнго переписывал роман Фукаэри «Воздушный кокон». Тут подточить, тут добавить деталей, там забацать метафору, а здесь и вовсе перекроить вдоль и поперек - в общем, творческая кухня изнутри, любопытно. Ну, и плюс всякие попутные мысли о писательском ремесле, например:

Один и тот же текст воспринимается с экрана процессора немного не так, как распечатанный на бумаге. Говоря строго, это два текста, между которыми существует неуловимая разница. Ну и конечно, править текст карандашом от руки — совсем не то что перебивать его на клавиатуре: ощущение от слов меняется. Для оптимального результата нужно выверять все и так и эдак. А потому включаем процессор, забиваем в него все исправленное карандашом — и читаем на экране, что получилось. Что ж, неплохо. Очень неплохо. До сих пор каждый текст обладал своим собственным весом. Но лишь теперь, когда оба слились, из несовпадающих тяжестей и родился естественный ритм.

Само собой, в романе присутствует и мистическая сторона, куда же без нее. Две луны, маленький народец, выходящий изо рта мертвый козы и плетущий воздушный кокон, кошачий город и другие дивы дивные. Как всегда колоритно и ни на что не похоже. Единственная ассоциация на эти иррациональные образы – это мультики Миядзаки.

Время, описываемое в романе, 1984 год, выбрано не случайно, это недвусмысленная аллюзия на книгу Джорджа Оруэлла «1984». Хотя в чем изюминка этого противопоставления я как бы не особо догнал. Ну да шут с ним.
Еще втуне не раз упоминается Чехов, видно, Мураками – большой поклонник. Ну, и много чего другого: любовь, секс, вера, религия, насилие, оружие, тема отцов и детей – выбирай на вкус. Собственно, из многообразия тем вытекает основной посыл книги – поиск себя, поиск истины в мире размытых ориентиров, в мире хаоса, в мире, где привычную реальность не отличить от 1Q84.
Единственный большой и жирный минус в том, что, оказывается, еще не перевели 3-й том. Вот подстава-то. Предупреждать надо! В каком-то пресс-релизе я читал, что первые две книги могут считаться самостоятельным двухтомником, но там леший его знает, посмотрим. Посему от окончательного вердикта пока воздержусь, отстрочу после, мало ли че. Однако всем поголовно рекомендую: и муракамчанам, и непричастным. Даже без последнего тома книжка во всех отношениях получилась расчудесная и двачудесная.

to be continued…
Bonus: интервью с главным переводчиком Мураками Дмитрием Ковалениным
Читать далее
92
999
pozne30 апреля 2017 г.
Не судите строго, но эта книга Мураками для меня более ассоциативна, чем содержательна. По прошествии времени мне уже трудно вспомнить все перипетии сюжета. Где-то в сердце дрожит тонкая линия взаимоотношений двух главных героев. Тонкая и хрупкая, протянутая через время, через разные миры. До сих пор руки чешутся от того, с какой скоростью я перелистывала (пусть и электронные) страницы книги – ни на минуту не хотела оторваться. Для меня в тот момент кроме книги не было ничего. Пресловутый магический реализм Мураками прямо-таки хватал за пятки, подгоняя в чтении. Сюжет делал крутые повороты несколько раз, интригуя и не отпуская.
А магия книги позволяла неоднократно поймать себя на мысли, что всё это было и было в реальности.
Вот написала, что уже почти не помню сюжет, и сразу захотелось прочитать. На такую книгу и времени не жалко. Тем более, что сама история раздвигает его границы.
Читать далее
15
1K
majj-s14 апреля 2017 г.

В каком месте? Простите мою непонятливость, но в каком именно месте мне должна прийти аллюзия к «1984» Оруэлла? Только не говорите пожалуйста, что называя свой роман именно так, господин Мураками не стремился вызвать у читателя совершенно определенные ассоциации — еще как хотел. И это был гениальный ход.
Идеальное попадание в десятку - сделать роман, увидевший свет в 2009 ретроспективой к событиям двадцатипятилетней давности (золотое сечение ретро); и такая удобная точка отсчета для изменений, произошедших с тех пор с миром: компьютеры, сотовые телефоны в близком будущем, но еще не стали частью реальности даже там, в высокотехнологичной Японии; зариновая атака Аум Сенрикё в токийском метро, а с ней и окончание эпохи спокойной приязни ко всякого рода сектам, только еще через одиннадцать лет. И главное (потому что это все-таки главное) -отсылка к Оруэллу..
Там книга о будущем, в котором всех ждет тотальный контроль и усредненная серость, тут - взгляд в прошлое, уже успевшее подсветиться радужным флером ностальгии и кажется, что свободы тогда было больше, а мир в целом куда ярче, беззаботнее и дружелюбнее к человеку (что неверно, но такая уж у ретро особенность). Хотя, что касается тотального контроля, ниточку к «1984» протянуть можно. Что есть членство в религиозной секте, как не добровольное делегирование стороннему лицу контроля над собственной жизнью и жизнью своих детей?
Вот с этого места подробнее пожалуйста. Хорошо. Смотри: есть ты сам и ты вправе решать, что делать со своей жизнью: хочешь, положи на служение высоким идеалам, хочешь, на удовлетворение амбиций, а хочешь — отдай в распоряжение руководству религиозной секты. Но есть еще те, за кого ты ответственен в глазах социума, бремя заботы о ком он возлагает на тебя. Вместе с преимущественным правом распоряжаться судьбой. Дети.
Нежность, питаемая мной, как читателем, к Харуки Мараками, определяется иррациональным "ощущаю как своего", но если попытаться исчислить ее источник, то он будет в пристальном, исполненном нежности, внимании к малым мира сего. Из которых самые малые и незащищенные как раз дети. И при всей ограниченности фрейдистской позиции, подозревающей источник любых проблем взрослого человека в его детстве, такой взгляд на вещи не лишен оснований.
Аомамэ и Тенго - здешние Герда и Кай, разлученные в детстве и два десятка лет искавшие друг друга, в чем-то так и остались детьми, хотя сумели вырасти. В полном соответствии с архетипом и законом затраченной энергии, девочка совершила потрясающий рывок, вытащив себя за волосы из болота, в котором должна была потонуть. Мальчик не оправдал ожиданий, он был вундеркиндом, так? Впрочем, нынешнее положение бывшего звезды школы и бывшей девочки-изгоя примерно равны. И за это тоже благодарна писателю - за глубокий внутренний реализм и правдивость его книг, насколько бы ни были они пронизаны магией.
Мураками не рассказывает сказок, в которых вчерашний чистильщик обуви сегодня гений-миллиардер-плейбой. Происходящее с людьми, подчинено глубокой и правильной, единственно верной логике: ты - это сумма твоих задатков, воспитания, личных усилий и того трудноуловимого, что зовется удачей. А вся странная магия, все непонятные маленькие человечки с их воздушными коконами и разделенными дочерне-материнскими ипостасями - это лишь антураж, декорация.
Герои нравятся мне, хотя с определенного момента их история становится фантастической и одновременно невыносимо сусальной "наша кровиночка!", О боги, яду мне! Кто по-настоящему интересен и кого невыносимо жаль в конце - детектива-интеллектуала Усикаву, зачем с ним так? И еще кое-какие чисто утилитарные вещи. Мне очень интересны были реалии японской жизни, вопреки глобализации, сохранившие уникальный облик Страны Восходящего Солнца. Мне, читателю, интересны рассуждения автора о литературе, философии и психологии, которые он вкладывает в уста героев. И я с интересом, хотя без восторга послушала симфониэтту Яначека. Спасибо, сэнсей Мураками, вы расширяете мои горизонты.
Читать далее
14
959

Все рецензии

Цитаты

HelenPres6 сентября 2012 г.
Может, на самом деле не надо встречаться? - спрашивал он себя. - Может, было бы лучше хранить в душе надежду на случайную встречу, но так и не встретиться? Тогда можно было бы постоянно жить с надеждой. С небольшим, но драгоценным источником тепла, который согревал бы все тело. Со слабым огоньком, бережно защищенным ладонями от ветра, который мог, однако, просто погаснуть под бурным дуновением реальности.
13
1,4K
olga23s23 сентября 2011 г.
То, чего нет, не может состариться. И клятва, которой никто не давал, не нарушится никогда.
7
431
November_Girl3 июня 2018 г.
Финал обязательно есть, хоть и без вывески "Конечная станция". Вы когда-нибудь видели лестницы с надписями "Эта ступенька-последняя"?
5
607