The Six: The Lives of the Mitford Sisters

The contrasting lives of the Mitford sisters – stylish, scandalous and tragic by turns – hold up a mirror to upper-class life before and after the Second World War. The eldest was a razor-sharp novelist of upper-class manners; the second was loved by John Betjeman; the third was a fascist who married Oswald Mosley; the fourth idolized Hitler and shot herself in the head when Britain declared war on Germany; the fifth was a member of the American Communist Party; the sixth became Duchess of De...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,7

501 оценка

5
24%
4
42%
3
22%
2
8%
1
4%

Ваша оценка

Прочитали 531Хотят прочитать 2497

Рецензии

WoodrowSmith26 февраля 2018 г.
Шестеро разных
Книга о шести британских Ксюшах Собчак, наводивших шорох в великосветских гостиных почти столетие назад (правда, лоска, воспитания и образования у них было побольше), великолепной шестерке возмутителей спокойствия, взорвавших тихий поствикторианский мирок, еще не отошедший от скандала с отречением короля Эдуарда.
Короче - о сестрах Митфорд, знаковых для Британии едва ли не более, чем столь же культовые сестрички Бронте.
...Одинаковое воспитание, одна семья, один стиль жизни - и шесть разных судеб. Юнити и Диана выбрали фашизм: первая стала любовницей Гитлера, вторая - его британского миньона Мосли. Сестра Джессика в пику им стала яростной коммунисткой. Сестра Нэнси - знаменитой писательницей (как выяснилось позже, во многом именно по ее доносу Диану с мужем упрятали в тюрьму). Прожившая остаток дней с женщиной мирная домохозяйка Памела стала кумиром ЛГБТ, а Дебора - великосветской леди и приближенной ко двору герцогиней.
Меня всегда занимал вопрос, что именно заставляло (и заставляет) умных, утонченных, воспитанных людей втягивать ноздрями коричневую вонь нацизма, словно дорогие духи. С "серой массой", извините, все понятно, для нее поклонение животной силе естественно, но как объяснить этот невозможный альянс? Впрочем, с Юнити никаких сложностей не возникает: ее интерес к нацизму носил чисто физиологический, животный оттенок и был густо замешан на сексуальном влечении. Но вот Диана была гораздо менее спонтанной и горячей натурой, и ее расчетливость куда страшнее спонтанной горячности Юнити. С Мосли она отправилась в тюрьму - и оставалась с ним до конца его дней, поддерживая его не только сердцем, но и далеким от страстей рассудком.
В 1989 году Диана Митфорд была приглашена на программу Desert Island Discs канала BBC Radio 4: там она меланхолично назвала Гитлера «очаровательным», а на вопрос «Как вы относитесь к тому, что в годы войны были убиты более шести миллионов евреев?» ответила: «Я не думаю, что их было так много». Как известно, Диана стала прототипом "пожирательницы смерти" Беллатриссы Лестрейндж в "Гарри Поттере" - впрочем, в том или ином качестве в книге оказались трое сестер из шести. Именем четвертой - Нэнси - Роулинг назвала свою дочь...
...Любители альтернативной истории до сих пор гадают, что произошло, если бы неистовая Юнити добилась своего и не проиграла битву за сердце Гитлера тихой овечке Еве Браун. Смогла бы она навести мосты между Берлином и Лондоном, на что горячо рассчитывал тот же Мосли? Я в это не верю - хотя бы потому, что даже в семействе Митфорд вирус нацизма поразил всего лишь троих детей из семи (брат Том, тоже симпатизировавший Гитлеру, погиб в 1945 году в Бирме).
...Иммунитет или склонность к фашизму, увы, не объяснить ни воспитанием, ни происхождением, ни начитанностью, ни верой, ни понятиями о чести и совести - та же Диана в отношениях с мужем проявила себя настоящей декабристкой. Что это - генетическая особенность, или просто игра природы, которая заведомо отбраковывает часть популяции, внушая ей самоубийственную страсть к очередному фюреру - кто знает? Хотя и этот довод шаток: Юнити и Том умерли молодыми, но Диана спокойно дожила практически до наших дней, пережив ту же Нэнси на три десятилетия.
Интересно отношение к Митфордам самих британцев: для них эта странная семейка - такая же часть истории, как и прочие. Их изучают, как своего рода символ века: практически ежегодно с момента смерти последней из сестер, Деборы (2014) выходят посвященные им книги, вероятно, будут и фильмы, более того, существует и целое Митфордианское общество, изучающее все связанное с жизнью сестер. Сравните с ситуацией в России, где появление диссертации о генерале Власове вызвало настоящую истерике - и лишение ее автора ученой степени.
Причины понятны: в первобытной языческой традиции, к которой мы принадлежим, само упоминание имени зла равносильно его призыву (та же Роулинг тонко подшутила над этим в Гарри Поттере). Но сейчас на экраны выходит фильм, где Тот, Кого Нельзя Называть, фигурирует под своим собственным именем - Том Рэддл. И зритель пойдет в кино не для того, чтобы содрогнуться от ужаса, а чтобы понять, как именно Рэддл стал Вольдемортом.
Вспомню и еще одну культовую книгу о юных волшебниках и их школе, откуда Роулинг подчерпнула не меньше, чем из биографии сестер Митфорд - "Волшебника Земноморья" Урсулы Ле Гуин. Там начинающий волшебник, случайно выпустив на волю темную сторону своего собственного я, смог ододеть ее, лишь назвав по имени - оно оказалось его собственным.
Так и британцы в случае с Митфрордами проявили похвальную способность разглядеть зло в самих себе - и, не испугавшись, принять его, как часть собственной истории: так вирус превратился в прививку.
Возможно, это и есть главный (и единственный) урок, который дарят нам история и литература.
Читать далее
117
7,2K
lustdevildoll3 мая 2018 г.
Поразительно, как легко и непринужденно женщина усваивает идеи того, с кем спит!
После прочтения этой книги я убедилась в том, что английская аристократия недаром существует до сих пор и даже несмотря на драматичный двадцатый век выбить ее из седла не получилось. Потому что это люди настолько цельные, что внушают к себе невольное уважение даже если с их идеями ты не согласен, настолько горячо и последовательно они отстаивают свои убеждения и право жить так, как сами считают нужным, плюя с высокой колокольни на мнение окружающих.
Шесть сестер Митфорд и их брат Том - хрестоматийный тому пример. Вроде как и воспитание одинаковое, а плоды принесло разные, в зависимости от характера каждой. А характеры у всех девушек оказались железобетонными, и они готовы были переть напролом, руководствуясь собственными целями и интересами и ничем иным.
Старшая, Нэнси, всю жизнь смотрела на мир с высоты птичьего полета, что принесло ей популярность и славу на литературном поприще. Хотя и житейские радости и горести были ей не чужды: с детства мечтая о семье и детях, она сделала ставку не на того мужчину, в итоге спешно выскочила замуж опять таки за неподходящего кандидата, а с детьми по воле рока не сложилось. Ее смерть от рака в возрасте 69 лет некоторые из сестер расценили как плату за снедавшие ее злость и зависть к более преуспевшим в любви и браке сестрам, но так устроен человек: всего ему мало. Кто-то наоборот жалеет, что предпочел блистательной карьере возню с пеленками и борьбу с подростковым нигилизмом, совместить успешно все в жизни невозможно.
Вторая дочь, Памела, которую сестры ласково именовали прозвищем Женщина - самая непритязательная из всех, меньше всего стремящаяся к публичности. Эдакая буколическая пейзанка, для которой из всех интересов в жизни только ферма да живность: коровы, курочки, собачки. Вместе с тем терпеть не могла детей и стала иконой ЛГБТ за то, что после развода с мужем в середине века не таясь жила с женщиной, опять-таки по-митфордиански плюя на мнение окружающих.
Третья, красавица Диана, по молодости лет оправдывала ожидания родителей на сто процентов: вышла замуж за богатого аристократа Брайана Гиннесса, родила двоих детей, жила светской жизнью. Тем страшнее был удар, когда в 1932 году она внезапно ушла от мужа к глубоко женатому Освальду Мосли, лидеру британских фашистов, обаятельному красноречивому мужчине, не пропускавшему ни одной юбки (доказано, что он спал даже с сестрами первой жены, Синтии Керзон). Мосли давал понять, что от жены не уйдет, но после ее скоропостижной смерти в 1933 проникся преданностью Дианы и через пять лет таки тайно на ней женился. Диана была верной декабристкой и поддерживала мужа во всем, была ему надежной опорой, во всем разделяла его убеждения, пусть и имела свои. Ради него она пошла на разрыв с семьей, вытерпела остракизм и унижения, тюремное заключение во время войны, бедность, холод и голод. Даже после смерти мужа, которого пережила на 23 года, Диана оставалась преданной его памяти, пусть общество не понимало и не принимало ее, даже собственные сестры.
Четвертая, Юнити, осталась самой непонятной из всех, потому что умерла молодой. Подпав в отрочестве под зловещее обаяние нацизма, с началом войны попыталась покончить с собой, но неудачно, и прожила еще почти десять лет, прежде чем засевшая в голове пуля таки дала роковое осложнение. Биографы бьются в надежде разгадать, что же делала Юнити в Германии, с кем была особенно близка, но дальше слухов дело не идет, вещественных доказательств нет.
Пятая, Джессика, наоборот, сделалась яростной коммунисткой под влиянием возлюбленного Эсмонда Ромилли, племянника, а по слухам сына Черчилля. Поскольку в смутное предвоенное время большая часть семьи, включая родителей, была за мирный пакт с Германией, а некоторые открыто приветствовали идеи Гитлера, Джессика стала парией и вместе с мужем была вынуждена уехать за границу, где всю жизнь прожила и умерла. Ее судьба из всех сестер оказалась самой сложной: мытарства Джессики, которая после счастливого сытого детства в родовом поместье оказалась вынуждена влачить жизнь как последняя работница из доков, похоронила ребенка вследствие кори, потом помоталась по городам и весям, лишилась мужа в сорок первом и все такое прочее... В сравнении с этим стенания Дианы, за которую вписывались все кому не лень, мать возила в тюрьму продукты, регулярно навещали сестры и дети, кажутся смешными. У кого щи, у кого жемчуг... Джессика целью своей жизни выбрала защиту обездоленных и движение за гражданские права, тем не менее, человеческое не было ей чуждым: да, она передала свою часть шотландского имения в пользу коммунистов, но затем именно она на свои гонорары выкупила всю землю и передала матери, хотя это, как водится, осталось незамеченным, вед всем свойственно помнить только плохое.
И наконец последняя, Дебора, единственная из сестер, воплотившая родительскую мечту о счастливой жизни для детей: вышла замуж за второго сына герцога Кавендиша, который впоследствии стал основным претендентом на титул после гибели брата на войне, родила троих детей (пусть и потеряла еще несколько), прожила долгую благодатную жизнь и ни разу не попадала под обстрел критики, потому что вела себя всегда безупречно.
Лора Томпсон обходится с материалом бережно, старается не приукрашивать, но сквозит за ее строками очарование этой семьей. Она пытается распустить этот гобелен на ниточки, распутать прихотливый узор семейных отношений, проследить, как складывались отношения, что на них влияло и как выглядят застарелые ссоры через много лет, когда участники отпускают и пытаются переосмыслить прошлое. У кого-то получается, у кого-то нет. Теперь хочу романы Нэнси Митфорд почитать.
Читать далее
68
3,9K
nad120419 января 2019 г.
Самая главная претензия к этой книге: сухое, скучное изложение со множеством повторов. В принципе, по большому счету, можно было прочитать одну аннотацию и весьма пространное предисловие. Ну, и послесловие. И все. Остальной текст повторяет всё то, что было в них, расцвечивая текст деталями.
Не могу сказать, что понравилось.
Но вот история сестер зацепила. Мне всегда интересно: как в одной семье, у одних родителях вырастают настолько разные дети?!
Хотя, если честно, у сестер только убеждения были разные. А на это натолкнуло течение жизни, встречи и знакомства, увлечения.
А по характеру, на мой взгляд, они очень даже похожи: упрямые (даже упертые), стойкие, верные себе и своим убеждениям.
А уж по воспитанию, точно: умные, образованные, умеющие себя подать. А ещё очень красивые. В духе своего времени.
Читать далее
52
1K

Все рецензии

Цитаты

orudenko18 апреля 2018 г.
Просыпаясь утром в одиночестве, по крайней мере чувствуешь себя единственной.
10
495
Ululu18 марта 2018 г.
Казалось бы, настала пора для полной женской уверенности: мужчины вынуждены ходить вокруг нас на цыпочках, почтительно; современная культура убеждает, что мы можем выбрать себе любой путь в жизни; книги советуют ценить в себе все изъяны, однако стремиться при этом к совершенству... и все это нисколько не ободряет, скорее наоборот. Женщины оказались словно в гермокабине, постоянно должны быть настороже, особенно присматриваться к тому, как живут другие женщины - не лучше ли, чем ты сама. Может быть, нужно печь печенье или создать международную компанию? Внешне походить на лауреатку "Оскара" или, напротив, восстать против тирании заботы о внешности? Сбривать волосы по всему телу или помещать в твиттере фотографии бунтарских подмышек? Стать домашней богиней, сладкой мамочкой, альфа-самкой, префеминисткой, феминисткой, постфеминисткой, феминисткой, но из тех, кто не против подтяжки лица?... Хаос.
Казалось бы, ответ прость: будь собой. Но ведь так трудно понять, кто ты. Вот почему нас околдовывают Митфорды, столь уверенные в любом своем выборе, даже безумном.
Читать далее
9
393
Cuore24 июня 2018 г.
Эти трое обладали живым умом, и тот факт, что они сохранили его и в зрелые годы, служит доводом в пользу простейшей системы образования: научите детей читать, впустите их в обширную библиотеку вроде той, какую собрал Берти, а дальше пусть сами.
8
231