Волшебница чуть было не унеслась мыслями в светлое вишенрогское будущее, но вовремя спохватилась. Мечтай о благосклонности судьбы, покуда путь не завершен, но не рассчитывай на нее!

Могущество любого бога стоит на краеугольном камне веры. А в меня больше никто не верит!

... не время лечит душу, а такая банальная вещь, как простое человеческое участие.

лучше не стремись ни к чему слишком сильно. А то окажешься там, где желала, а там окажется не так, как желала

Маг взволнованно снял очки и поинтересовался:

– Может быть, подарите мне поцелуй? В качестве, так сказать, бонуса!

За дверью громко кашлянули голосом Ягорая.
– Прошу меня простить, – девушка нежно улыбнулась и высыпала на стойку монеты, – так сколько с меня?

– В Вишенроге есть целая улица подобных магазинов! – кажется, обиделся Яго. – Она называется улицей Волшебных котят и находится у Высшей целительской школы.(...)
– Мне мама рассказывала, – заалев щеками, перевела тему Вителья, – что у Пресветлой Индари была любимая кошка, которая однажды вместо котят принесла ей магические амулеты разной силы и действия. Поэтому улица так называется?

– Поэтому, – кивнул Яго.

– В Крее говорят: «Ты можешь обмануться в плохом человеке, но никогда не обманешься в хорошем»!

– Это мудро, – кивнул черноволосый.

Шествуя между Раем и Яго, держа одного под руку, а другого за руку, Вителья Таркан ан Денец вспоминала, как всего месяц назад разглядывала себя в тусклом зеркале придорожного трактира. А теперь она чувствует себя другим человеком, и прохожие оглядываются на нее не просто с интересом, но и с уважением, ведь она – боевой маг, чью квалификацию подтверждает не только университетский свиток, но и участие в настоящих, пусть и не совсем законных боях!

Сердце в груди пело весенней птичкой, хоть в Вишенроге и царила самая настоящая поздняя осень. Не ожидала она, с головой бросаясь в авантюру с побегом, что не только окажется свободной от унизительного обычая, но и обретет по-настоящему близких друзей и даже, кажется, семью!

Ожерелья признания не было, и это сильно удивило его. Яго не слышал, чтобы невестам удавалось самостоятельно избавиться от унизительного дара. Да, снять ожерелье мог любой маг соответствующего уровня, но только в присутствии жениха, вручившего подарок!

– Вот оно! – свистящим шепотом произнес Кипиш. – Я полон гениальности, а моя энергия сравняет горы с землей!

– Ой, не надо! – испугалась Виньо.

Божок снисходительно качнул на нее рогом полумесяца и, гнусно хихикая, потер ладошки.

Тут и там журчали ручьи, торопливо спешили рассказать друг другу местные сплетни.

– У меня, кажется, развилась боязнь подземелий! – отдуваясь, пожаловался Йожевиж и смачно поцеловал ошалевшую Виньовинью в губы. – Будем в Вишенроге – куплю хибару и женюсь на тебе! Обещаю! Мастерская подождет!

– Ура-а! – обрадовалась волшебница и бросилась обнимать обоих.

Гномелла смотрела на возлюбленного таким сияющим взглядом, что он затмил даже солнечный свет!

– Дробушек, миленький, сюда идут люди, которые захотят перейти мост следом за нами!

– У? – заинтересовался тролль.

– Но они не платили! – блестя глазами, как дикая кошка, пояснила Вита. – Плохие люди!

Тролль почесал в затылке. Нащупав большой валун, метнул его в осоку. Следом за глухим стуком и отчаянным вскриком раздался многоголосый вопль. Из зарослей выскочило два десятка разнообразно одетых людей.

Не веря своему счастью, девушка ощупывала руками шею через ткань рубашки – проклятого ожерелья больше не было! Кожа дышала, но еще сильнее дышала душа, ощущая себя птицей, парящей в полуденном небе!