Отец Чисхолм наклонился вперед, губы его сжались в одну линию.
— Сегодня вечером офицер Вая, командующий орудийным расчетом, приказал мне принести ему до полуночи продукты и деньги. В противном случае он грозится подвергнуть миссию обстрелу...
Он продолжал говорить, глядя на Шоня, потом сразу замолчал, понимая, что больше ничего говорить не надо. Целую минуту оба молчали. С самым беззаботным видом Шонь думал. Наконец он улыбнулся, — во всяком случае, мускулы его лица проделали все необходимое для акта улыбки, но ничего похожего на веселость не было в его глазах.
— Мой друг, я вынужден по-прежнему считать вас даром Небес.
Застывшее в неподвижности лицо священника омрачилось.
— Я забыл о Небесах сегодня.