Цитаты из книги Ahsoka

Энакин рванул бы напролом, невзирая на риск. Даже без светового меча ему хватило бы скорости и силы, чтобы справиться с задачей. Но только не остаться незамеченным. Взрывы так и следовали бы по пятам за ее прежним учителем. (…) Мастер Оби-Ван попытался бы расчистить себе дорогу хитростью и в итоге неизбежно поднял бы не меньше шума, чем Энакин.

- Как мило со стороны твоих прежних наставников послать сюда тебя одну, избавив меня от тягот серьезного боя, - продолжил Мол. - Ты даже не настоящий джедай.

- Значит, это будет честный бой, - парировала она, смерив его взглядом. - Ты ведь всего лишь пол-ситха.

Она так часто задавала себе этот вопрос, потому что знала ответ. Она просто не желала признавать его, таким он был болезненным: она выжила, потому что ее там не было. Она ушла.

Световой меч Энакина Скайоукера.
Все, что осталось от человека, который был для Оби-Вана величайшим раздражителем, а также братом и ближайшим другом.

Master Obi-Wan would have said Raada was a good place to relax and then somehow stumbled on a nest of pirates or a ring of smugglers or a conspiracy of Sith.

- Если ты не джедай, то кто же ты, Асока Тано? – спросил Бейл. – Честно говоря, на мой взгляд, ты по-прежнему говоришь и действуешь как джедай.

— Канцлер весьма умело разыграл свои карты, — напомнил Бейл, выговорив слово "канцлер" несколько желчно, — ему явно доставляло изрядное удовольствие не произносить слова "Император" в личных беседах с глазу на глаз. — Мы были так заняты, шарахаясь от теней, что не заметили, какая из них настоящая.

— Спасибо, R2, — поблагодарила она.

Она повернулась, собираясь уходить, но он снова подкатился к ней и издал серию печальных звуков.

— Знаю, дружок, — ее сердце сжалось вокруг пустоты, где когда-то жил Энакин Скайуокер. — Мне тоже его не хватает.

Девочка говорила с такой убежденностью, что Асоке не хватило духа ее поправить. Она не искала себе семью, но мастер Йода учил ее, что иногда ты находишь то, чего не ожидал, и остается только принять это.

Одинокий и в созвучии с другими. Отчужденный и безнадежно переплетенный. У Оби-Вана было лишь мгновение, прежде чем его выдернуло обратно в плотский мир, но этого хватило, чтобы возродить его надежду.

— Оби-Ван, — произнес Квай-Гон Джинн – и на этот раз голос его точно прозвучал сильнее. — Отпусти.

Он сходил на могилу Шми Скайуокер извиниться за то, что потерял ее сына. Он никогда ее не встречал, знал только по рассказам Энакина, но Квай-Гон дал ей слово, а Оби-Ван не сумел его сдержать. Стоя там, глядя на надгробный камень, он ощутил еще более глубокий стыд. Квай-Гон оставил ее там, в рабстве, а Оби-Ван сделал все возможное, чтобы помешать Энакину вернуться.

Образы мелькали у него перед глазами. Умирающая Падме с младенцами подле нее. Йода, требующий обещания и дающий ему новую цель. Энакин, горящий на вулканических склонах Мустафара, винящий его во всем, что пошло не так.

А не так пошло все, что могло.

Энакин был не вполне уверен, какое место он займет подле Оби-Вана, когда его друг возьмет нового ученика. В отличие от ситхов, джедаи не были так озабочены идеей двух, но большинство из них действовало в одиночку или парами. Это было одной из причин, по которым Энакин никогда не пытался обзавестись собственным падаваном. Он не хотел, чтобы казалось, будто он отстраняется от Оби-Вана. А теперь его наставник взял и сам это сделал, и Энакин так и не определился, как он к этому относится.

— Мое настоящее имя – Асока Тано, — сообщила она. — Простите, но я не могла сказать вам раньше.

Асока всегда считала, что лучше всего начать с извинений, а потом уже переходить к объяснениям. Энакин этим навыком так и не овладел.

У Оби-Вана в подобной ситуации обязательно нашлось бы остроумное замечание, идущее вразрез с опасностью их положения, которое сбило бы противника с толку и заставило засомневаться. Энакин, прежде всего, ни за что бы не сдался. Асока обычно придерживалась чего-то среднего, но сейчас у нее не было такой роскоши, как время на размышление.

— Я и впрямь не в форме, — пробормотала она, обращаясь к спутникам, которых с ней больше не было.

Заговорила она по привычке, затевая перебранку с той же легкостью, с какой прежде оценила обстановку, хоть ей и больше не с кем было шутливо переругиваться. Она покачала головой и собралась: не время теряться в прошлом.

- А твои родители много спорили? - спросила она. - Я имею в виду - приемные.
На лице Ашлы медленно расцвела улыбка: сперва поднялся один уголок рта, а затем другой. Что бы ей ни вспомнилось, Кейден видела, что это радостное воспоминание.

• Все время, - проговорила Ашла, почти как если бы обращалась сама к себе.

Честно говоря, ей было приятно снова стать героем. К этому ее и готовили – к поддержанию справедливости, и то, что она противостояла тем, кто причинил ей столько боли, улучшало настроение.