Цитаты из книги Принц Лестат

И вот теперь этот полоумный Голос, возникший прямо у него в голове, еженощно осаждает его требованиями убивать, уничтожать, испепелять юных вампиров. И никак этот поганый Голос не унять!

Никогда и ни под каким видом я не попрошу вас причинить вред другому пьющему кровь, если только он сам не попытается причинить вред нам.

В 1910 году мир казался таким огромным. Ступай куда хочешь , делай что знаешь.

Он пробудился через полвека- голодный, изнуренный , отчаявшийся, но удивительно сильный. А вывела из спячки его музыка: но совсем не та, которую он любил

Я всегда считал , что существо столь древнее и могучее просто - напросто идет своим путем , превышающим наше разумение, лежащим за пределом наших споров и разногласий.

В какой-то момент боль моя достигла такого предела, что мне показалось , будто сердце и мозг мне пронзает острый меч . Я скорчился на скамье , обхватил шею руками и мечтал только об одном: умереть. Закрыть глаза и уйти из жизни.

В написанных мной книгах слишком много ошибочных суждений о нас, наших душах , наших умах , нашем моральном развитии и упадке.

Ни о чем и ни о ком не беспокоиться, не переживать, ни о чем и ни о ком не заботиться - таков был мой обычай в те давние дни, полные стыда и печали. Тогда я верил, что мы безнадежно прокляты, что мы все - навеки жертвы Крови. Так многие смертные считают себя навеки виновными жертвами Первородного Греха.

До того момента я никогда по-настоящему не понимал, что мы все - сумма того, что повидали, чем восхищались, что поняли. Ты был суммой солнечных лучей на мраморных полах, покрытых изображениями божеств - смеющихся, предающихся любви, пьющих сок виноградных лоз. Суммой поэтов, историков и философов, которых прочел. Суммой и кладезем всего, что радовало тебя, чему ты хранил верность, всего, что ты любил.

Те дни. Ах, те дни! Какими прекрасными казались они потом - и какими болезненными и безобразными были на самом деле!

...не хотел, чтобы они знали, что я чувствую. Не хотел, чтобы хоть кто-нибудь это знал. Даже сам знать не хотел.

- В мире нет ничего драгоценнее великого дара жизни. Пусть звезды и луна всегда напоминают тебе об этом.

Как и многие, достигшие высот власти, я стремлюсь к ней не потому, что ищу саму власть, но потому, что не желаю подчиняться чужой.

Таков уж великий закон природы: самые заурядные посредственности и искренне желающие добра бездарности способны легко и крайне эффективно погубить того, кто во много раз превосходит их величием души.

Он, как никто другой, знал : в мире никогда не было нехватки "поэтических натур", как, впрочем, и любых других натур тоже. Говоря попросту, романтики, поэты и изгои существовали всегда, даже когда для них еще не придумали точного определения.