Тетради 1933-1942. В 2-х томах

Те, кого мы любим и которые любят нас, различают в нас определенные ценности - для каждого свои, - которым они придают, тем самым, что они их в нас различают, объективное существование. Посредством их мы являемся чем-то. Вот что мы теряем, теряя кого-то из них. Ценности, которые они различают в нас, теряют существование вместе с ними.

Единственное, что в нас не убого, это познание нашего убожества.

Радость есть не что иное, как чувство реальности...

Однообразие зла: ничего нового; здесь все ЭКВИВАЛЕНТНО. Здесь нет ничего реального; здесь все воображаемо. Зло однообразно в точности как то, что существует лишь в воображении; как рисунки или истории детей, целиком взятые из головы.
...Именно по причине этого разнообразия столь большую роль играет количество. Много власти, много королевств, много женщин (Дон Жуан) или мужчин (Селимена).
Приговоренные к ложной бесконечности. Вот где настоящий ад.

Каждое существо беззвучно кричит о том, чтобы его прочитали иначе.

Насилие времени разрывает душу, через этот разрыв в неё входит вечность

Уязвимость дорогих нам вещей - прекрасна, ибо уязвимость есть признак существования.

Любовь - не утешение; она - свет.

Бог сотворил человека в состоянии немощи. Создать его в состоянии святости было бы равноценно тому, чтобы не создавать его вообще.

Сквозь каждое ощущение чувствовать мироздание. Важно ли, удовольствие это будет или боль? Когда нам сжимает руку после долгой разлуки человек, которого мы любим, разве важно, если он сжал ее слишком сильно и я чувствую боль?

Пусть с каждым страданием в тело входит вселенная.

Есть только два острия, способных пронзить нашу душу насквозь, — несчастье и красота. Хочется беспрестанно плакать кровавыми слезами, когда думаешь, скольких сокрушило несчастье — а они ведь могли извлечь из него пользу. Но если смотреть на вещи более хладнокровно, нет безумнее расточительства, чем пренебрежение красотой мира.

Истинные земные блага суть μεταξύ. Мы можем чтить блага других (например, иностранные города), только если рассматриваем те, которыми обладаем сами, как μεταξύ.

Человек — как в своих самых низменных животных поползновениях, так и в самых возвышенных устремлениях — отделён сам от себя расстоянием, которое время полагает между тем, что он есть сейчас, и тем, во что он переходит; и исчезновение прошлого приводит к тому, что теряется он сам.

Ситуация квази-ада на земле: крайнее лишение корней в несчастье. Человеческая несправедливость производит обычно не мучеников, но как бы осужденных в аду.

Отречение св. Петра. Сказать Христу: "А я останусь тебе верен" - уже было отречением от Него, ибо означало, что Петр полагает источник верности не в благодати, а в себе самом. Это благо, что, поскольку он был избран, отречение стало явным для всех и для него самого.