И я там был, ел, пил и танцевал, но плохо меня на том пиру угощали: дали мне стеклянные башмаки, бумажный камзол и масляный колпак. Разгорячился я во время танцев, масло растеклось, камзол разорвался, стекло раскрошилось. Так что после этого забили меня в пушечное дуло и выстрелили, так что прилетел я к вам сюда за стол, тут и сижу.

Дьявол поначалу не знал, что делать, потому не было до этого такого, что не удавалось ему сбить с пути какую-нибудь девушку. Поэтому он изобрел самогон и разослал его по всему свету. И случилась удивительная вещь! С тех пор дьяволу уже не нужно ходить самому по белу свету, ведь у него в аду много дел: врата ада не успевают принимать всех приходящих, в том числе и падших жертв женского пола. Вот сколько душ приносит дьяволу его изобретение - самогон!

Двенадцать счастливых,
Тридцать сильных,
Пятьдесят мудрых,
Сто глупых.

(Годы человеческие)

После прорубленного Петром Великим окна в Европу какие только языки не считались в высшем обществе приличнее, чем родной русский!

Вид золота несет в себе нечто особенное. Даже лёжа на смертном одре, человек с удовольствием смотрит на кусочки жёлтого металла.

Австрия не поддерживала в Чехии народное образование, имперская политика базировалась на централизации и германизации (в отношении языка), что вызывало протесты в народе, который стремился сохранить родной язык и культуру. Без свободного владения немецким невозможно было сделать достойную карьеру. Чешский же был языком народа, считался языком малокультурных слоев и использовался в приватном семейном общении.

А начало романа Л. Н. Толстого «Война и мир», которое так трудно бывает одолеть читателю из-за того, что написано оно частично на французском? Лев Толстой совершенно реалистично передал атмосферу великосветского столичного салона начала XIX века. Русский язык – язык дворни, аристократам на нем изъясняться было неприлично.

Не могли турки об этой неудаче забыть и задумали месть. Вскоре собралось их множество, и под предводительством аги Тучного, известного своей жестокостью и опустошением словацких земель, направились они из Филекова через горы, грабя по дороге селения. Плач стоял в окрестных деревнях, люди с ужасом убегали в горы и леса. Напрасно призывал Тавро Брезула любетовских, чтобы те устроили туркам засаду в пригодном для этого месте.

Когда турки владычествовали в венгерской земле, плохо было людям, никто не был уверен, что останется свободным, что не отнимут у него имущество или жизнь. В те времена жил в Любетове, в одном горном местечке, в своем дворце Тавро Брезула. Был это сокол, крепкий на слово, и боялись его турки, которые из Филекова через горы устраивали набеги до любетовских окрестностей, опустошали все вокруг и забирали людей в рабство.

А глупый парень получил в жены королевскую дочку, и устроили большой пир.

Слуга на это ответил королю:

– Такой человек заслуживает, чтобы его разорвали железными воротами.

Ему и в голову не приходило, что его предательство выплыло наружу.

Тогда сказал король:

– Какую смерть ты себе установил, такой и уйдешь с этого света.

И запрягли четырех черных волов, чтобы они тащили железные ворота, и разорвали того на части.

Приказала королевна устроить великие празднования, которые длились четырнадцать дней. Она выпустила всех заключенных в королевстве на свободу, а молодой король заплатил долги за всех должников.

Жалко-прежалко, что было это так давно. Если бы это было в наши дни, у многих должников и тех, кому они должны, камень упал бы с души!

Когда, наевшись, шел он мимо пивной, старая кума уже ждала его у дверей и настойчиво просила, чтобы не проходил он мимо ее дома, и прибавила старую пословицу: «Кто в пивную не зайдет, ногу у того сведет».

Пришел он в пивную, увидел трех прекрасных девиц, играющих в кости. Королевич встал возле них и смотрел, пока ему та самая красна девица тоже не предложила сделать ставку. Королевич начал играть и проиграл все свое золото и серебро, потом коня, а напоследок и самого себя.

Бабушка улыбнулась и говорит:

– Дед Всевед – мой сын, ясное солнце: утром он младенец, в полдень – мужчина, а вечером старый дед. Я тебе три волоса из его бороды достану, не зря же я твоя крестная. Но просто так ты тут остаться не можешь! Мой сын вообще-то добрая душа, но когда приходит вечером домой голодный, легко может стать, что тебя зажарит и съест на ужин. Тут вот пустая кадушка, залезай, я тебя укрою.