– Боюсь, у меня все же есть некоторые преимущества, – сухо процедила Молли и, швырнув печенье в ящик стола, с шумом его задвинула. Судя по виду, она была напряжена как натянутая струна и зла как фурия. – Вы ведь даже не помните моего имени, верно?
– Что вы, конечно, помню, – заверил Кевин, лихорадочно терзая мозг и не находя ответа.
– Нас знакомили не меньше трех раз.
– Это было совершенно не обязательно, поскольку у меня прекрасная память на имена.
– Только не на мое. Вы благополучно его забыли. Вернее, выбросили из головы, как только услышали.
– Вовсе нет.
Она испытующе уставилась на него, но Кевин привык и не к такому моральному давлению, поэтому без всякого труда выдержал презрительный взгляд.
– Я Дафна, – наконец произнесла она.
– Зачем говорить мне то, что я уже знаю! Вы со всеми так нетерпимы, Дафна?
Его собеседница поджала губы и что-то тихо пробормотала. Кевин мог поклясться, что опять услышал странное определение «барсук».