Эйзенштейн

«Это не режиссер!» ‒ слышал я и такое мнение т.н. образованного человека. Если Сергей Эйзенштейн не режиссер, то и кино нет!
От книги Марка Кушнирова ждал некоего откровения. Но не случилось! Впечатление недосказанности, незаконченности от биографии остаётся. Может, так и задумал Эйзенштейн!?
Про «Грозного» сказано мало, я бы сказал, подозрительно мало. Мне представляется, что этот последний шедевр нуждается в более развёрнутом описании. Впрочем, такая книга есть, но пока не прочитал. А вот про интимную жизнь Эйзенштейна написано уж слишком подробно… Надо ли? Тем более, что преимущественно представлены догадки, «осколки» странных романов, в том числе и с дочерью Мейерхольда.
Поражает масштаб личности. Поражают целые списки творческих замыслов, так и не реализованных. Поражает, что всё-таки в самое страшное время Эйзенштейн работал, искал и не останавливался несмотря ни на что.
Отличнейшая графика, остроумно «замаскированная» в тексте, ни на что не похожая, хотя и указаны художники, вдохновлявшие Эйзенштейна (ханжам просьба не смотреть).
Анализируются теории героя книги в области кино, его преподавательская деятельность. Подробно рассмотрен конфликт режиссера с Шумяцким, конфликты с другими бонзами показаны гораздо скупее.
Порой, к сожалению, Кушниров увлекается какими-то внутренними киноведческими спорами, безусловно ему интересными, но далёкими от читателя. Обильно цитируется Наум Клейман, что закономерно.

22 (10) января 1898 г., 125 лет назад, родился «странный гений» – Сергей Михайлович Эйзенштейн.
Автор книги разделил жизнь Сергея Михайловича на 2 части – до загранкомандировки, когда его носили на руках, и после, когда было много трудностей. Да, наверное, лучше всего режиссёр чувствовал себя в 20-е – романтика революции, когда можно было самозабвенно экспериментировать, эпоха авангарда и экспрессионизма.
Ещё Кушниров выделил основные «ипостаси» Эйзенштейна.
Кинорежиссёр. Эйзенштейн технарь до мозга костей, инженер. Монтаж – кадр – типаж – крупный план. Он и в театре так работал. Думаю, именно это мешает мне принять его до конца. Я могу бесконечно смотреть на то, как снято, но мне кажется, что Сергей Михайлович чересчур увлекался этим самым «как».
Теоретик. Я боялась, что одна не понимаю некоторых писательских трудов Эйзенштейна Laughing , если и продираюсь через предложения, то смысл улавливаю с трудом. Но Кушниров меня успокоил, отметив, что режиссёр нередко сбивается в косноязычие и бессвязность. При этом у него есть изумительно лёгкие, едва не поэтические (при всём равнодушии к поэзии) страницы.
График. В рисунках Эйзенштейн мог почувствовать себя абсолютно свободным, его не стесняли никакие рамки. Проблемы, комплексы, метания отражались в фильмах, но и бумага хорошо передаёт внутренний мир Сергея Михайловича.
Кушниров не ставил задачу объять в книге необъятное, остановившись на ключевых моментах жизни Эйзенштейна. Но именно каких-то подробностей мне и не хватило для большего интереса.
«Раскалённым метеором ворвался Эйзенштейн в мировое кинопространство и, сгорев, окончив свой уникальный полёт, продолжает не исчезать…»

Марк Кушниров – не только известный киновед, но уже и весьма почтенного возраста человек. Почему я обращаю на это внимание? – потому, что оба этих свойства Марка Ароновича диктовали, по всей видимости, способ и форму изложения им биографии Эйзенштейна. Кушниров и не скрывает, и на первых страницах сразу говорит, что писать он будет только о том, что ему самому интересно в «объекте». А магистральных линий здесь две – теоретические разработки Эйзенштейна и его кинематографические новации, прежде всего, в области монтажа (обозначенные метафорой двери), и психологические подоплёки режиссёра (взаимоотношения с отцом и фигура отца как таковая, «аттракционы частной жизни», как обозначил сам автор). В связи с этим на протяжении всего чтения ощущался сильный перевес в этих сферах и нехватка других тем.
Хотя, конечно, Кушниров рассказывает о снятых и неснятых фильмах Сергея Михайловича, но не покидает мысль (и в целом – по книге), что рассказ ведётся в первую очередь для тех, кто уже что-то знает об Эйзене, а ещё больше – видел его фильмы, причём видел неоднократно. Ощущение доверительного разговора «для своих». Но и здесь есть несбалансированность. Так, подробно пересказав сюжет «Стачки» и «Октября», Марк Аронович почему-то совсем немного внимания уделил «Ивану Грозному», а ведь это, простите, opus magnum, последнее и самое великое творение (хотя и соревнующееся с «Потёмкиным» в своей значимости. Но если «Потёмкин» во многом стал историческим памятником, то «Иван Грозный» – фильм, от которого мурашки идут и у сегодняшнего зрителя).
Чрезмерно уж автор, на мой взгляд, занимался психоанализом. Главу про те самые аттракционы читать, конечно, интересно (ещё бы, жареные факты), но довольно неловко, как будто в личные дневники залез. Впрочем, как мы знаем и из воспоминаний современников об Эйзене, и как упоминает сам Кушниров, режиссёр скромняшкой не был, и легко мог ввернуть и сальный анекдот, и крепкое словцо, и в принципе в тематиках, которые можно назвать деликатными, он был весьма раскрепощён и нередко циничен. Ведь и «вырос» С.М. в 1920-е – время сексуальной свободы. И я не спорю, об этом стоит говорить – но тогда дайте побольше информации о том, какой была эпоха, как она трансформировалась; очень мало, как кажется, было про взаимоотношения Эйзена с властью – а это чрезвычайно важная проблематика не только для биографии Эйзенштейна, но для любого жившего в то время творца. Да, есть конфликт с Шумяцким (но, кстати, так и не раскрыта роль Александрова в этом конфликте), упомянуты личные разговоры со Сталиным - но этого, как представляется, недостаточно, особенно на фоне разговоров о рисунках Эйзенштейна и его тайных страстях. Справедливости ради следует отметить, что каждую свою попытку психоанализа автор предварял или заканчивал репликой о том, что это сугубо его мнение, не претендующее на истинность.
В целом книга интересная, но она точно не подойдёт тем, кто вообще «не в теме». Посмотрите пару фильмов Эйзена, полистайте книгу «Эйзенштейн в воспоминаниях современников», и тогда вам будет легче и интереснее читать биографию за авторством Кушнирова.