Пьесы. Гроза. Бесприданница. Чайка. Вишневый сад. На дне

Вспомнить об этой самой раскрученной, если можно так выразиться, пьесе нашего великого драматурга меня заставила рецензия markksana55 , а эта рецензия привела к рецензии fullback34 .

К этим заинтересовавшим меня отзывам друзей я еще вернусь, пока же хочу отметить, что лично мне такие пьесы Островского как "Волки и овцы", "Лес", "Таланты и поклонники", "Бесприданница" кажутся более сильными и интересными, однако немеркнущей славой "Гроза" обязана не столько своему автору, сколько критику. Да, если бы Добролюбов не написал своей статьи "Луч света в тёмном царстве", то эта пьеса вряд ли попала бы в школьную программу отечественной литературы. Вспоминая свои ученические годы, могу с полной уверенностью утверждать, что на тех уроках литературы, которые отводились на "Грозу", мы гораздо тщательнее изучали статью Добролюбова, нежели текст самого первоисточника.

Посему идеи, высказанные Николаем Александровичем, о "революционном" протесте Катерины против невежества и произвола, стали неким общим местом в оценке данной пьесы и, как правило, пересмотру не подвергались.

И вот тут-то я бы и вернулся к уже помянутым рецензиям. Александр увидел в Катерине не бунтующую революционерку, как нас учили в школе, а наоборот - цельного человека средневековья, Оксана же акцентировалась на взаимоотношениях Катерины и Бога, представив трагедию главной героини как измену не столько мужу, сколько Богу. Трудно не согласиться с ними обоими, единственное, что я бы хотел дополнить, так это то, что историю Катерины ни в коем случае нельзя рассматривать как некую общую тенденцию, мы имеем дело с частным случаем. Потому что, учитывая множество социальных факторов, чем в первую очередь отличался анализ Добролюбова и следовавших за ним в фарватере учителей литературы, нельзя игнорировать и психологические аспекты. Другими словами, при всей революционности или средневековости, набожности или безверии, но поступок Катерины не состоялся бы, не будь в её характере черт, присущих истерической личности.

Если хорошо подумать, всегда можно найти факты, которые внесут коррективы в, казалось бы, простую логическую цепочку, да об этом еще Дэвид Юм писал за сто лет до появления пьесы "Гроза". И мне Катерина совсем не представляется светлым лучом в царстве тьмы, это, скорее, не луч, а некий блик. Да, попытка бунта вроде бы есть, но это не бунт против системы, это бунт против самой себя, что-то типа аутоиммунного заболевания. Поэтому и остаются после этого "бунта" только круги на воде.

"Круги на воде" - такое название для рецензии показалось мне вполне удачным, и я даже набрал его в окне заголовка, но именно в этот момент мне пришла совершенно неожиданная идея, и заголовок оказался совсем другим.

Я обратил внимание, что сочетание крутого берега и Катерины встречается в нашей культуре еще раз, и, как мне кажется, имеет не меньшую, а может быть, даже большую известность, чем в варианте Островского. Я говорю о песне на слова Исаковского "Катюша", ставшей одним из символов молодой Советской России.

Вот когда настоящий "луч света" проник в "тёмные царства" бывшей царской империи, этим лучом оказалась советская власть. Можно сколько угодно говорить об ошибках того периода, осуждать "сталинизм", выискивать нелицеприятные факты, но суть всё равно останется - Катерина вместо того, чтобы топиться, выходит на крутой берег, чтобы петь песни.

И это не "вранье" Исаковского, если бы это было враньем, песня не стала бы истинно народной, в ней отражена правда жизни, ведь с кручи открываются новые горизонты. Так что пройдет каких-то 70-80 лет с того дня, как "грозовая" Катерина прыгнула с высокого крутого берега вниз, и новая Катерина с той же кручи будет петь о своей чистой и свободной любви, не боясь ни осуждения людей, ни Бога.

Ну, и, конечно, если уж я вышел на песню "Катюша", то и закончить свой отзыв мне логичнее всего этой песней. Кто её только не исполнял, но мне по душе вариант, в котором "Катюша" была представлена нашей "советской" полькой - несравненной Анной Герман. У неё получилось очень сердечно и проникновенно, без того пафоса и показушности, которой, к сожалению, грешили многие исполнители, бравшиеся за этот шедевр советской песни.

Чеховская "Чайка" стала символом рождения нового русского театра, став любимым детищем мхатовских сподвижников - Станиславского и Немировича-Данченко - и воспарив на легендарную эмблему театра. Чайка была воплощением мечты, большой светлой мечты - создать великое и правдивое искусство. Но всем мечтам, как и показал Чехов в своей пьесе, суждено сталкиваться с правдой жизни, не избежала этого и чайка с эмблемы - великий театр погряз в склоках и скандалах, и в конце концов развалился - и чеховская чайка улетела на Тверской бульвар к Горькому, а в Камергерском осталось имя Чехова.

Пьесы Чехова настолько многоплановы, что что бы ни написал я или другой рецензент о той же "Чайке", это коснется только части поднятых проблем и будет страдать некой однобокостью освещения, потому что в поставленных автором вопросах нет однозначного решения. Его пьесы, да и все остальные произведения позднего периода, не столько рассказывают о чем-то, сколько заставляют думать, превращая читателя или зрителя в полноценного соавтора. Поэтому, всё что я скажу о "Чайке" - это то, что увидел я, без всяких претензий на обобщение. Чехова вообще не стоит читать, если вы знаете за собой такой грех, как категоричность, наблюдения за рецензентами сайта позволили мне сделать вывод: чем категоричнее в своих суждениях рецензент, пишущий отзыв на произведение Чехова, тем глупее и пошлее получается его "детище". Вообще-то этот принцип касается всех авторов, но с Чеховым получается нагляднее всего.

Так вот, "Чайка" в моем восприятии - это сказание о хрупкости мечты, о её неизбежном столкновении с реальной жизнью, о несоответствии желаемого действительности. Мечта, подобно чайке, парит в небесной вышине, пока она там - кажется, что жизнь прекрасна, что все трудности преодолимы, если захотеть и работать как следует. Но чайка не может парить вечно, наступает время спуститься на землю - воплотить волнующие мечты, а тут уже ждут охотники с ружьями, и чаще всего в свою чайку стреляет сам мечтатель.

В "Чайке" Чехов подходит к этой проблеме на примере творческой интеллигенции, среде, которая была ему не просто хорошо знакома, это была его истинная среда, в которой он сам запускал и сбивал собственных чаек. К вопросу крушения планов и мечтаний, подчинения холодной прозе жизни, Чехов еще вернется, расширив тему, в "Трёх сёстрах", которые уже и автором будут определены как драма. "Чайка" же - комедия.

Правда, сегодняшние театроведы, вопреки автору, упорно называют пьесу трагикомедией. Что же, определенный смысл в этом есть, ведь комическое в пьесе подается строго в ироническом ключе, а ирония - это "смех с горчинкой", а горечь - это уже по-настоящему трагическое качество.

Да и как можно смеяться над разбившимися надеждами, над несложившимися жизнями. Можно иронично улыбнуться, но улыбка быстро исчезнет с лица, как только ты задумаешься над прочитанным или увиденным. Чеховское же определение было целиком, как мне кажется, продиктовано мотивами самоиронии. И главный объект высмеивания в трагичной комедии - он сам. Многократно писано, что автор предстает в "Чайке" в трёх образах - Треплева, Тригорина и Дорна. Первые двое представляют его творческое - писательское - начало, последний - альтернативную судьбу врача. Треплев - молодой писатель, преодолевающий сопротивление социума, собственную писательскую неуклюжесть, давление неизбежных амбиций. Тригорин - состоявшийся писатель, обласканный славой и вниманием, но уставший от них, ценящий совсем иные радости, видящий отчетливо своё ремесленное умение, и осознающий свою вторичность.

Можно сказать, что здесь представлено столкновение двух авторских Я - начинающего, еще верящего в свою Чайку, и пожившего, заматеревшего, сменившего чайку в небе на пескаря в пруду. Конечно, нельзя воспринимать это разделение ролей слишком буквально, оба этих персонажа имеют не только авторские черты, это вполне самостоятельные личности. Треплев несчастлив в своем настоящем, но еще ждет чего-то от будущего, Тригорин тоже по-своему несчастлив и о счастье уже не мечтает, в его жизни чайка уже убита, но он готов написать об этом красивый рассказ. Это и отличает его от Константина, для которого смерть мечты равна физической смерти, ведь он совершил самоубийство не на последних минутах пьесы, а тогда, когда подстрелил "свою" чайку, дальше всё было предопределено. Хотя, выбор, наверное, все же был - при пробуждении таланта и последующем признании избрать путь Тригорина, при отсутствии того и другого - путь дяди Петра Николаевича.

Тема счастья тесно связана с мечтой, кто не мечтает быть счастливым. Счастье дарит творческая реализация и личная жизнь. Увы, в пьесе нет счастливых людей. Нина Заречная и Треплев так и не состоялись как творческие личности, им не хватило таланта и понимания окружающих; Аркадина и Тригорин разменяли свой талант на мелочи, променяв высоты творческого духа на уютность повседневности, покрывшись толстой накипью черствости и пошлости.

Несостоятельность мечтаний всех персонажей пьесы лучше всего просматривается в "географии чувств": Треплев любит Нину, но не замечает любящей его Маши, Нина любит Тригорина, Тригорин не любит никого, но зависим от Аркадиной, Аркадина тоже не любит никого, но держит Тригорина на коротком поводке, иногда отпуская его порезвиться на молодой заречной травке, чтобы не зачах. А Машу любит учитель Медведенко, с его объяснений в любви к ней и начинается пьеса, она выйдет за него, когда поймет тщетность надежд на чувство Треплева, но счастья это не принесет никому.

Но непонимание между героями пьесы не ограничивается только любовными переживаниями, родственные связи тоже не оправдывают себя, нет понимания между Аркадиной и Константином, между Ниной и её родителями, процветает самый настоящий семейный деспотизм, провоцируя младших членов на протест. Демарш Нины во многом объясняется не только её внутренним состоянием, но и внешними обстоятельствами тоже.

Просматривается и тема тщеславия, её главными выразителями, как я уже писал выше, являются Тригорин и Аркадина, но и "молодые" зависят от неё: Треплев завидует успеху бездарного по его мнению Тригорина, а Нина влюбляется в последнего во многом благодаря его популярности.

Вот так как-то связались в нерасторжимый для меня узел темы чеховской пьесы: творчество, любовь, отцы и дети. Говоря о "Чайке" нельзя не помянуть историю с Ликой Мизиновой и писателем Потапенко, первая была возлюбленной Чехова, второй - его другом. Принято считать, что Лика стала прообразом Заречной, а Потапенко - Тригорина. Да, в сюжетную схему они вписываются, но, думаю, Чехов создал на основе реальных личностей совершенно обособленных от них героев, отказавшись от портретного копирования.

..

Какими вы не будете...

Интересно читать рецензии на классику, особенно на такие произведения как "Гроза". Начинаешь понимать как бесконечно далек мир прошлого от мира настоящего. Эти миры уже не понимают друг друга. Они разведены мостами, которым никогда на сойтись вновь. И особенно это касается нас, женщин. Нас больше не страшат сердечные тяготы, у нас отсутствует страх перед молвой - мы научились выживать сами, полагаясь только на самих себя. Мы разводимся с надоевшими мужьями, в одиночку воспитываем детей и имеем полноценное собственное мнение по любому вопросу. Мы стали сильнее, мы живем в мире где процент самоубийств мужчин превышает процент самоубийства женщин. Мы независимы и уверены в себе. И нам больше никогда не понять Катерину и ее мятущуюся душу. Мы стали совсем другими.

Теперь, о скажи не бледнея, Теперь, мы с тобою, не те, Быть может, сильней и смелее, Но только чужие мечте.

У нас как точеные руки, Красивы у нас имена. Но мертвой, томительной скуке Душа навсегда отдана.

Но мы до сих пор не забыли, Хоть нам и дано забывать. То время когда мы любили, Когда мы умели летать.