Великое вырождение. Как разрушаются институты и гибнут государства

Почти борховский размах каждой книги автора: «Цивилизация», «Деньги», «Империя». Теперь – «Вырождение».

Не стоит обманываться относительно хлесткого: «Вырождение». Вполне себе западная интеллектуальная традиция – радикализм взглядов на себя самих. Без боязни поколебать некие основы. А поскольку комплекса неполноценности Запад в последние полтыщи лет не испытывает, то и написала она в первую и почти единственную очередь «для своих». Не перед кем ни отчитываяся, ни кланяяся, ни «пиетитясь». Пиетитясь – как звучит!

И ещё о «Великом вырождении» - таково полное название на русском. «Всё на продажу», - один из слонов на черепахе мироустройства по-западному, потому и мАркетинг и прочие деривативы. Лучше продается то, что звонче, звончее, самое звонкое. Жить в обществе и быть свободным от него…. Не получилось даже потомку скандинавов, судя по фамилии. Желтизна должна, должна засвидетельствовать своё почтение. Закон жанра!

Какое отношение к содержанию книжки имеют все эти обрывки? Интеллекта. Самое непосредственное. Подобно министру экономического развития России, который раз десять докладывал стране о достижении ею дна кризиса и теперь – только вверх и вперед, Mr. Фергюсон мыслью об исторической судьбе родной для него цивилизационной колыбели не однажды касается дна интеллектуальной исчерпанности предложений «на будущее». Да и объяснения прошлого.

В чём слабость книжки? Почти русская описательность: признание наличия болезни и её симптомов; чуть больше статистической фактуры; чуть больше исторического цитирования (обильные цитаты из Алексиса де Токвиля и его «Демократии в Америке»); снова – об усталости Запада; снова – о бюрократии, снова – об упадке Закона и торжестве законников. А куда ж без России с её никчемностью полуазиатского отстоя! В каждой главе. Супер! Ещё, разумеется, Китай – ну, это уже общее место.

В чём сильные стороны? Четкое, по-западному, формулирование мысли; реальный и плодотворный синтез гуманитарного образования автора с исключительным экономизмом рассмотрения всего – сугубо экономического и совсем не экономического.

Кратко, почти лаконично, показан «истинный смысл английской истории», заключающийся «в воплощении трех великих принципов. Первый: дом англичанина – это его крепость…Второй: делай всё, что тебе заблагорассудится, но не причиняй никому вреда…Третий: не суй нос ни в своё дело». Стр. 99. Всё. И нет никакого противоречия между моим «упреком» в описательности и краткости, чёткости изложения. Описательность в том, на что нет ответа. Четкость – интерпретация известного.

В книге невысказанное, но имеющееся в мозгах не западного читателя знание: Запад демонстрирует впечатляющую способность отвечать на вызовы. Один энергетический кризис начала 70-х чего стоит! И это тоже – чувство превосходства по умолчанию. И все же, и всё же. «Откуда у парня вселенская грусть»?

А чё ж не взгрустнуть? Когда-то русские большевики верили в иной столбовой путь для всего, не ведающего света истины единственного верного учения, человечества. И куча доктринеров до них, кстати сказать. Не случилось.

С какой стати должно получиться у западных либеральных и прочих пророков и учителей? Ведь для начала можно и должно задать не сложный вопрос: где было всё их визионерство о 1000-летнем триумфе «пакс американа», протянувшего в реалии чуть более … десяти лет? Вы учите мир глобальной супер перспективе, а для самих «…Аннушка уже масло пролила». Как там китайцы сказали в кризис 2008? «Что-то не слышно голосов учителей?»

Может, я какой замшелый анти-пиндос и квасной патриот по совместительству? Не, точно не. Кому интересно мое отношение к Западу – милости прошу в отзыв на книжку «Цивилизация». Может, злорадство какое-никакое? Ага! Больше делать не фиг. И главное – Западу-то как хреново от моего злорадства! Опустимся вместе с потомком викингов на дно интеллектуального искания. Основная мысль, забота, проблема: почему Запад начал тормозить? Начал? Фергюссон пишет, что образовавшиеся государственные долги как самых демокрАтистых, так и «не очень самых», демократий, совершенно неподъемны. Они не могут быть отданы никогда. Нет-нет, вы не совсем поняли: н-и-к-о-г-д-а. Это не мои слова – автора. Означает сие, что экономическая столбовая дорога ведет куда-нибудь на Малхолланд Драйв. Или на известное Шоссе. Имени мистера Дэвида Линча. В никуда. В тупик. В задницу. Экономическая система не в состоянии себя воспроизводить.

Ладно, х. с ней, неспособностью. Импотенцией, если по-простому. Потомок викингов не задается и такой мелочью, как причина/виновник появления тихоокеанского мусорного пояса. Всех дел на 1,5 миллионов квадратных километров. В сравнении с демократическим наставничеством – ерунда. Чё так – ни словечка? Так «природа для народа – бесплатный магазин», - кому из бывших советских не известен сей слоган-логан? Демократия не может существовать без уничтожения окружающей среды – без всяких там политесов.

Ну, естественно, пытливый ум сразу же вопросик подкидывает: а как насчет тоталитаризма и его отношения с природой? Ну, а тут ещё более пытливый ум ответит по-еврейски, вопросом на вопрос: какой именно тоталитаризм – просвещенно-демократический к западу от Бреста или посконно-варварский к востоку от него?

Несколько вопросов автор задает себе, «своим», с высоты, разумеется, англо-саксонского перфекционизма. Есть общее право (англо-саксонское), есть – континентальное (в контексте – французское). В чем причина различий? И каковы следствия различий? Ведь все – почти свои, ближе не бывает. Позвольте цитату: «Потому что средневековые французские монархи защищали свои прерогативы решительнее, чем английские. И потому, что во Франции гражданский мир был более редким состоянием, чем в Англии. И потому, что Франция уязвимее для внешнего врага…Французы предпочли равенство свободе».

Смиренно вопросик просится: позволительно ли будет каким-нибудь русским-россиянам иметь собственное представление о праве? Тем самым, в парадигме, так сказать, физического выживания, существовавших, на границах-граничках цивилизаций оседлой и кочевой? Ну, чтобы, как бы, где-то, объяснить, объясниться перед учителями и пророками по поводу непохожести и, э-э, некоторого несогласия с предписанной столбовой дорогой. Для всех эскимосов с пигмеями и прочих китайских индийцев.

Что там с толерантностью? Да как бы всё тоже в порядке. В доктринах – точно! А в жизни, как у большевиков: «Железной рукой загоним человечество в счастье!» «Главная проблема Китая не в недостатке законов…» - почти дословная цитата из книги. «Китай ещё далек от верховенства права» - страница 123. Второй абзац сверху. Вторая строка.

Осведомлен ли Запад о том, что мир как бы вот такой разный? Лучше всех. И? Да ничего, всё путём! И знает, и понимает и…идет своим путем. К той же самой цели. Ну, точнее – финалу. Может быть, Запад в этом смысле – первопроходец? Да нет, всё клёво и у Древнего Рима было с этим финалом. Да и у Советского Союза, свидетелем чего мы были и без Древнего Рима – тоже. Что, никто ничего не видел – ни пути, ни финала? Все всё видели. И – шли. С флагом и песней.

Так в чём тогда дело? В неумолимой логике процесса. Одинаковой для любых систем. С определенного момента начинающих жить собственной жизнью. Будь это «Аль-Каида», порожденная спецслужбами, или цивилизация, рожденная…рожденная, ну, всем ходом вещей.

Так что « в имени тебе моем»? Нам-то что от всего этого? Стоит ли читать о «великом вырождении» и обо всем, что такому вырождению сопутствует? Ясный перец – да! С карандашиком. «Его пример – другим наука». «Но, боже мой, какая скука с…» - далее по тексту.

Историческая перспектива русских-россиянов – инкорпорация лучшего, что существовало, существует и будет существовать. В том числе – и у наших соседей со стороны Атлантики. Слышу, слышу пытливый вопрос о возможности/невозможности механических заимствований и проч.! Скоко попыток уже было! Дык я и пишу не о заимствованиях, а инкорпорации. Всего лучшего, что выработало человечество. А без этого – как же ты можешь стать коммунистом? Ну, или счастливым обитателем рая земного.

Откуда же такая уверенность в способности «обогатиться всем тем, что выработало человечество»? В изменившемся как вокруг, так и внутри этого самого человечества, мира. Например, когнитивных способностей. И возможностей, между прочим. Когда ранее мир был способен не ожидать будущего, а конструировать его? Никогда.

И с русскими – россиянами случилась метаморфоза. Никогда ещё русский-россиянский человек не жил так материально обеспеченно как сегодня. Но это – ещё полбеды. Бывшие братские, как они раньше назывались, тоже шагнули вперед. В квартиро-машино-кредито-ипотечном пространстве. Я – о другом.

Никогда ещё русский человек, от мыса Дежнева на востоке до мыса Таран на самом западе не был на таком интеллектуальном подъёме. Никогда! Не «отдельные представители мыслящего меньшинства» в форме интеллигенции, оказавшейся ничем не лучше обычного мещанина по части любви к этой самой мамоне. Все и всё, как оказалось, имеют свою цену. Речь – о сто сорока миллионном русском человеке, получившем возможность говорить, что хочет, делать, что хочет и жить, как хочет.

Откуда же тогда столько говна кругом? Оттуда же, откуда у маленького ребенка – из попы, точнее – жопы тех четвероногих домашних друзей, засравших все газоны страны. Не, ничего, подрастут – говна значительно меньше будет, да и хозяева станут подлинными интеллигентами. С целлофановыми мешочками для какашек. Как сейчас в каком-нибудь Централ Парк. Нью-Йорк Сити. То есть будут по-настоящему в ответе за тех, кого приучили. А как иначе?

Никогда в своей истории у русских людей (повторюсь: «русский» - это тот, кого поскребешь и найдешь …) не было столько мнений, собственных мнений, собственных мыслей. Высказываемых на LL. К примеру.

Никогда в своей истории русские люди не были так близки к изживанию в себе рабского комплекса неполноценности перед «передовой» культурой.

Никогда в своей 1000-летней истории русские люди не клали столько с прибором на выражение «руссиш швайн». Никогда. А это – дорогого стоит! Правильной дорогой идем, товарищ!

«Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья!»

«Мы, как послушные холопы,/ Держали щит меж двух враждебных рас…».

Всё это, повторюсь, многого стоит. Даже больше, чем победа «Едим Россию». Это не я сказал! Это злые языки сказали! Которые, как известно, «страшнее пистолетов». Я – за «Единую»! «Урок» же книжки, имхо, очень прост: учиться, учиться и ещё раз учиться! Белый миллиард, куда нас не пустят ни при каких условиях, миллиард много чего знающий и умеющий. Уже одним этим заслуживающий и уважения, и внимания. Учиться – и быть благодарным даже тем, кто нас искренне презирает. И видит. И обижает. И смотрит. И ненавидит. «Русский язык для 7 класса». Правописание. Глаголы 1-го спряжения. Исключения. Второе среднее образование. Точка.

Эх, и в … на Западе всё не так. Все не так, как надо! А ведь многие у нас до сих пор на этот абстрактный Запад готовы молиться. Фергюсон же показывает, что Нам придется углубиться в историю институтов, чтобы уяснить сложную динамику, присущую современному миру. Недостаток демократии (гл. 1), регуляторная уязвимость (гл. 2), “верховенство законников” (гл. 3) и негражданское общество (гл. 4) – вот гораздо лучшие объяснения того, почему на Западе сейчас менее интенсивный, чем прежде, экономический рост и большее неравенство. То есть – почему Запад в состоянии застоя. Банковские спекуляции, упадок демократии и сокращение политического и гражданского участия, чересчур сложное законодательство и зарегулированность, препятствия бизнесу, разбухшее государство и сокращение частной инициативы во всех сферах, плохое образование (особенно государственное), огромный госдолг и залезание поколения бебибумеров в карман еще даже не родившимся поколениям, и это - на фоне угроз новых войн и экологических бедствий – вот далеко не благостная картина глобального настоящего и будущего даже в «развитых» странах. На периферии мирового развития эти и другие болезни ощущаются гораздо острее. Например, у нас. Плюс еще местные дурость и казнокрадство. Но многие проблемы, действительно, имеют глобальную природу.

Если рассматривать историю с точки зрения завершенных и стабильных периодов. То мы увидим, что мир и общество является сложной самоорганизующейся системой подверженной постоянным изменениям и нигде не обнаружим устойчивых социальных форм на длительный период. Об этом нам поведает междисциплинарная наука - синергетика.


Автор грустит по гражданскому обществу и его потенциальным возможностям. Институты власти становятся менее гуманными и капитализм приобретает совсем другой оттенок. Вроде бы кто-то писал о проблематике такого строя. Настроение декаданса и ностальгия по прежнему периоду прослеживается на протяжении всей книги. Вы стареете мой дорогой автор.  И склонны как и все идеализировать прошлое. Мир меняется и не всегда так как хочется нам. Ничего с этим не поделать...