Цитаты из книги Swann’s Way

…физическая боль, по крайней мере, не зависит от мысли, поэтому мысль может на ней задержаться и установить, что боль притихла, ненадолго прекратилась. а эта, наоборот, вспыхивала, как только мысль ее касалась;…

… предметы наших пристрастий не имеют безусловной ценности сами по себе; все, имеющее отношение к определенной эпохе и классу, представляет моду, причем самая вульгарная мода ничем не хуже самой что ни на есть изысканной

… если хочешь в самом деле понять человека, часто нужно верить в обратное тому, что об этом человеке говорят в свете

…он понимал, что дорожит Одеттой, не потому что она обладает какими-то особыми достоинствами. И часто, когда в Сванна брало верх разумное начало, он хотел оборвать эту связь, не жертвовать больше умственными и светскими интересами этому воображаемому блаженству

... ибо, считая лёгкое чтение таким же нездоровым, как конфеты и пирожное, она думала в то же время, что мощное дыхание гения является даже для ума ребёнка не более опасным, чем свежий воздух и морской ветер для его тела

Прогулки мои той осенью были тем приятнее, что гулять я уходил после долгих часов, проведенных над книгой.

Я перестал чувствовать себя посредственным, случайным, смертным. Откуда могла прийти ко мне эта могучая радость? Я чувствовал, что она была связана со вкусом чая и пирожного, но она безмерно превосходила его, она должна была быть иной природы. Откуда же приходила она? Что она означала? Где схватить ее?

... эта судомойка была на довольно позднем сроке беременности, так что мы даже удивлялись, зачем Франсуаза столько гоняет её по хозяйству и с поручениями, ведь ей уже делалось трудно носить перед собой таинственную, с каждым днём всё наполнявшуюся корзинку, великолепная форма которой угадывалась под просторной рабочей кофтой.

Я гадал, какой теперь может быть час; я слышал посвист поездов, он издалёка, словно птичье пенье в лесу, напоминал о расстоянии и рассказывал мне о протяжённости пустынных полей, по которым путешественник спешит к ближайшей станции; и тропа под ногами навсегда запомнится ему возбуждением от новых мест, непривычных поступков, недавней беседы и прощания под чужой лампой, которые ещё преследуют его в ночном безмолвии, и грядущей радостью возвращения.

Всем нам приходится поддерживать в себе какую-нибудь фантазию, иначе действительность станет несносной.

Ради человека, которого любишь и который когда-нибудь станет таким безразличным для нас, мы с презрением отказываемся видеть того, кто безразличен для нас сегодня, кого мы завтра полюбим, кого, если бы согласились увидеть, мы могли бы полюбить и раньше, и кто таким образом сократил бы наши теперешние страдания, правда, для того чтобы заменить их другими.

сознание безнадежности не мешает нам ожидать

Сделавшись неизбежным, удовольствие от предстоящего знакомства ослабело, уменьшилось.