Cry to Heaven

Не плачь перед этими людьми. Проглоти слезы. Не плачь перед чужаками. Обрати свой плач к небесам. Плачь перед небесами. Перед небесами.

Детей искалечили для того, чтобы сделать из них хор серафимов, и их пение стало плачем, обращенным к небесам,- к небесам, которые их не слышат.

Если нет сердца, если нет мудрости, что такое тогда честь?

... когда женщина исключена из целого царства жизни, да еще призванного имитировать весь мир, неизбежно должна появиться какая-то замена.
Суждено было возникнуть чему-то, способному занять место женственного. Способному стать женственным. И кастраты были не просто певцами, актерами, чем-то аномальным: они являлись замещением самих женщин.

И нож, который привел меня сюда, был лишь острой гранью того, что ждет всех нас.

— Я хочу умереть.
«Чем открыть тебе мою боль, лучше умереть».
И тогда он снова услышал голос отца: «Веди себя как мужчина».
Поднимаясь по лестнице в свою комнату, он уже ничего не чувствовал.

Ему казалось, что собственный голос был его любовником и этот любовник его бросил.

«Любовь, любовь, ты — моя любовь, и я не один, нет, не один, хотя бы на короткое время».