Танцующая на гребне волны

– Смерти нет, – ответила я спокойно, – есть только смена миров. Ты сама меня научила так думать, помнишь? Когда умер папа. Это научило меня не бояться. Это придало мне смелости делать то, что приходилось мне делать.

Наши губы встретились, и под закрытыми веками я увидела звезды.

Все эти годы спустя я так и не сказала ей, что удача зависит не от скрещенных пальцев, но от того, как широко ты раскрываешь свое сердце, чтобы принять в него что-то. Я думаю, я боялась сказать ей это, не желая, чтобы она познала последствия: чем больше окажется у тебя в сердце, тем больше ты рискуешь это потерять.

Его, казалось, удивила моя откровенность, как это случалось со многими. Быть может, потому, что я была лишена материнских наставлений, я знала по опыту: чтобы получить ответ, нужно прежде всего спросить.

Остров был теперь совсем другой, не такой, как весной и летом, – а лишенный запахов и звуков до возвращения мартовских дождей, под которыми о дан расцветет снова.

Приливы сменяют отливы, и этот закон незыблем. А иногда концы и начала настолько близки, что, кажется, сливаются воедино, образуя волну, какие набегают одна за другой в океане.

Я наблюдала за их лицами, когда они давали обеты любить, почитать и повиноваться, пока смерть не разлучит их. Слова вырывались на ветер, превращавший обеты в безрассудные, опрометчивые обещания.

Нет более тяжелой потери в жизни, чем для девочки потерять мать, прежде чем она не научилась быть женщиной.

Человеческая жизнь есть круг от детства к детству, и так всегда и во всем, где действуют божественные силы.

Черный Лось, шаман
Индейского племени оглала

... в мире есть проблемы и поважнее и ... я могу помочь их решать, вместо того чтобы обгрызать ногти до крови.