In Death: The First Cases

Любого – и святого, и грешника – ждал одинаково неприглядный конец.

- Без правил наступает хаос.

• А вам не кажется, что хаос - это жизнь?

... такие тайны причиняют нестерпимую боль. Они заползают в душу и поедают ее изнутри. Человек живет в страхе, считает себя кругом виноватым. А тот, кто заинтересован в сохранении этой тайны, пользуется его страхом, стыдом, чувством вины.

Серый кот по имени Галахад, похожий на огромного слизняка, лежал на ручке кресла, разноцветными глазами алчного призрака уставившись на хозяйскую тарелку.

– Я хочу, чтобы ты знал: внутри у меня осталась грязь. Это как вирус, подтачивающий организм и дожидающийся момента, когда понизится сопротивляемость. Лучше не делать на меня ставку.
– Я люблю рисковать. – Он взял ее руку и поцеловал. – Давай сыграем вместе. Чем черт не шутит, авось выиграем! Оба.

– Скажи хоть что-нибудь! – Он крепко держал ее за плечи.
– Ведь я тоже не знаю, кто ты.
– Я – коп! – выпалила она. – Коп, и точка. Мне тридцать лет, и за всю жизнь я была близка только с двумя мужчинами. Но даже их я не вспоминаю.
– Почему?
– Не хочу придавать значения. Если придавать значение, можно превратиться в ничто. Я уже побывала ничем и не хочу, чтобы это повторилось.

Смерть всегда неприглядна, как ее ни украшай.

У человека всего две ноги! ... Зачем одной женщине пятьдесят пар туфель?!

Ева ничуть не удивилась, увидев на тротуаре у дома Сесили Тауэрс стайку вооруженных телекамерами журналистов. Они уже пронюхали про убийство и теперь шли по следу. В их лицах Еве всегда чудилось что-то волчье. Это была стая хищников, не намеренных возвращаться в логово без добычи – сенсационной информации. На то, что уже три часа ночи и льет как из ведра, этим тварям было глубоко плевать.

– Мой покойный папаша иногда принимался учить меня жить. «Парень, – говорил он заплетающимся от выпитого языком, – хочешь драться – дерись без правил. И бей всегда ниже пояса».

– Мы же совершенно друг друга не знаем, Рорк. Я хочу сказать – помимо спальни…
– Почему же? Знаем. Мы с тобой – две потерянных души, отвернувшиеся от чего-то в прошлом и усилием воли ставшие другими людьми. Неудивительно, что судьба столкнула нас с прямого пути и предложила попетлять. Нам предстоит решить, как далеко мы намерены пройти по кривой.

– Ты не умеешь расслабляться! – рявкнул Рорк. – Ты всасываешь в себя все невзгоды, и они накапливаются внутри, как шлаки.

Но при этом она была… Ева заинтересованно подалась вперед.
– Какая?
– Жалкая.
По его тону Ева заключила, что он вкладывает в это слово много смысла.
– Из-под яркой оболочки проступала грусть. В себе самой она ценила только тело, вот и использовала его вовсю

- Большинство людей желает богатства.

• Им недостает остроты желания. Они боятся борьбы, риска.

"Смерть всегда неприглядна, как ее ни украшай."
"Привычка к другому человеку порождает свои проблемы: в его отсутствие чувствуешь себя одиноко."

... Мы с тобой едва живые уходим с места преступления, где оба могли погибнуть, и ты зовешь меня замуж? Другого времени не мог найти?!

• По-моему, самое подходящее время! - сказал он, обнимая ее за талию.