Когда я размышляю над вещами, причин которых не понимаю, мой взгляд направлен на пшеничные поля. Их история подобна нашей, так же как сами мы в некотором роде подобны пшенице. Нам стоит признать этот факт: мы растем, как трава, неспособные двигаться, как то угодно нашему воображению. И нас скосят, когда придет время.
Я остро ощущаю это сходство между историей пшеницы и нашей собственной. Есть ли разница, если кто-то окажется невысеянным в землю, если кто-то не прорастет? Все равно прочих смелят в муку, чтобы выпечь хлеб. Граница между успехом и неудачей, добром и злом, красотой и уродством… она так относительна.