Цитаты из книги WIND/PINBALL (UAB)(CD)

Рассказывать про людей, которых больше нет, всегда трудно.

все когда-нибудь умрут. Но для этого надо ещё полсотни лет жить.

Иногда вчерашний день воспринимаешь как прошлый год. А иногда прошлый год воспринимаешь как вчерашний день. Бывает еще, что будущий год кажется вчерашним днем — но это уже совсем худо.

Но вместе с тем, писать текст - это штука веселая. Ей гораздо легче придать смысл, чем преодолению жизни.

-А зачем ты книжки читаешь? -А зачем ты пиво пьешь? .... -А зачем ты книжки чиатешь? -Затем, что Флобер уже помер! -А живых не читаешь? -Живых читать - никакого проку. -Почему? -Потому что мертвым почти все можно простить.

Узнав о её смерти, я выкурил 6922-ю сигарету.

В конце концов, везде то же самое, это наверняка. Но я все равно уеду. Даже если там то же самое.

Сколько же все таки прошло времени? - думаю я , шагая сквозь молчание, конца которому не видно.

Пока учишься чему-то новому, стареть не так мучительно.

"Слушай песню ветра"

В конце концов, тексты пишутся не для самоисцеления, а только ради слабой попытки на этом пути.

Я давно забыл, как пахнет лето. Раньше все было другим: запах морской воды и далекие теплоходные гудки, прикосновение девичьей кожи и лимонный аромат волос, дуновение сумеречного ветра и робкие надежды. Теперь лето превратилось в сон. Словно калька съехала с оригинала: здесь миллиметр, там миллиметр - и уже все не так.

Когда душа темна, видишь только темные сны. А если совсем темная — то и вовсе никаких.

Проза Харуки Мураками похожа на музыку. Только слышит ее каждый по-разному.

Как отмечал Теннеси Уильяме, о прошлом и настоящем говорят как есть. А говоря о будущем, добавляют "вероятно".

Но когда я оглядываюсь на потёмки, через которые мы брели, то не виду там ничего определённого - только "вероятное". Ведь мало того, что воспринимать нам дано лишь мгновения, именуемые "настоящим", - даже сами эти мгновения проскальзывают мимо нас, почти не задевая.

- Ну да. Хотя противоположных точек зрения в мире - примерно полтора миллиона. Или нет, пожалуй, больше.

- Выходит, в мире почти никто ни с кем не может подружиться?

- Наверное. Практически никто ни с кем подружиться не может.

Таков был стиль моей жизни в семидесятые годы. Достоевский предсказал, я воплотил.

Девушку с четырьмя пальцами на левой руке я больше ни разу не видел. Когда я зимой вернулся в город, она уже уволилась из магазина пластинок и съехала с квартиры. Людской водоворот и поток времени поглотили её без следа.