The Age of Innocence

...она обладала чувством юмора (доказательством чего служило, главным образом, то, что она смеялась его шуткам)...

Говорят, будто смотреть, как корчатся грешники - любимое занятие ангелов, но даже и они едва ли считают, что люди гораздо счастливее в аду.

Казалось, что он держит в руках свое сердце, и оно, как полная чаша, от малейшиго движения вот-вот перельется через край.

Он был далек, так бесконечно далек от всего, что было реально и близко для окружающих, что порой его даже пугала их уверенность, будто он все еще среди них.

Он едва ли понимал, что говорит, ему казалось, будто он кричит ей что-то через бесконечные пустые дали, и она может снова исчезнуть, и уж тогда ему ее не догнать.

and once more it was borne in on him that marriage was not the safe anchorage he had been taught to think, but a voyage on uncharted seas.

that it was nothing short of a miracle to see one's only son safe past the Siren Isle and in the haven of a blameless domesticity.

"Надеюсь, что после этого мы перестанем натыкаться на острые углы друг друга", - подумал он, но хуже всего было то, что давление Мэй уже начинало сказываться именно на тех углах, остроту которых он всего более желалбы сохранить.

Совершать ошибки всегда легко.

Предвкушать удовольствие ему нередко доставляло радость более острую, нежели это удовольствие получать.

... римский пунш умножает ответственность – не сам по себе, а из-за непреложности многочисленных своих атрибутов: под обещанием римского пунша подразумеваются еще и хорошая дикая утка либо черепашье мясо, два супа, два сладких – горячее и холодное, платья с голыми руками и глубоким декольте и соответствующая значимость гостей.

What could he and she really know of each other, since it was his duty, as a "decent" fellow, to conceal his past from her, and hers, as a marriageable girl, to have no past to conceal?

Но я не слишком предусмотрительна — когда я счастлива, я предпочитаю не думать о будущем.

Существуют вещи неизбежные, делать их необходимо, и если уж это так и делать их необходимо, то делать их надо красиво и в полной мере.

Снег идти перестал, и поднявшийся ветер бил ему в лицо, пока он стоял, глядя вслед экипажу. Внезапно он ощутил на ресницах что-то жёсткое и холодное и понял, что плакал, и слёзы заморозило ветром.

Шагая взад-вперёд по платформе в ожидании Вашингтонского экспресса, он вспомнил, что существуют люди, утверждающие, что однажды под Гудзоном появится туннель, чтобы поезда Пенсильванской железной дороги могли прибывать прямиком в Нью-Йорк. То были собратья мечтателей-визионеров, провидящих строительство кораблей, которые смогут в пять дней пересекать Атлантику, изобретение летательного аппарата на электричестве, беспроводной телефонной связи и прочих чудес из арабских сказок.

- Дорогая моя, любимая! - воскликнул он, не порываясь к ней приблизиться. Казалось, он держит своё сердце в руках, как держат полную до краёв чашу - одно движение, и чашу можно расплескать.

Секунду Арчер колебался, качаясь на тонкой нити памяти, но она оборваласьи уплыла вместе с незнакомцем...