When Breath Becomes Air

«Вы должны понять, что для вас действительно важно».

Задача врачей состоит в том, чтобы разобраться, что наполняет жизнь каждого отдельного пациента смыслом, и постараться не лишить его этого. В противном случае пациенту лучше позволить мирно умереть. Чтобы принимать такие решения, нужно не бояться груза ответственности, обвинений в свой адрес и чувства вины.

Как мало известно врачам о муках, на которые мы обрекаем своих пациентов.

Когда скальпель бесполезен, слова становятся единственным инструментом хирурга.

Я должен был помочь родственникам понять, что сильный и независимый человек, которого они знали, остался в прошлом и им нужно решить, что предпочтительнее: лёгкая смерть или вынужденное существование среди трубок и пакетов с жидкостями.

Я поставил себе цель не просто спасать жизни, а приводить больных и их близких к пониманию смерти и болезни.

Они снимали квартиру неподалёку и часто приходили к нам в гости: отец Пола всегда тщательно вытирал ноги перед входом в дом, а его мама угощала нас индийской досой с кокосовым чатни (доса - тонкие хрустящие блинчики из чечевичной и рисовой муки, испеченные на круглой литой чугунной сковороде; чатни - индийские приправы)

Нельзя достичь совершенства, но можно верить в асимптоту, вдоль которой ты беспрестанно двигаешься вперед.

Землю быстро перекапывают черви, процессы в природе стремительно сменяют друг друга, напоминая мне о том, что замечал Пол и что я теперь тоже ношу глубоко в сердце: жизнь и смерть неразделимы, но, несмотря на это и благодаря этому, нужно искать смысл существования.

Врачи в наиболее сложных отраслях медицины встречают пациентов в самые непростые минуты, когда их жизнь и личность находятся под угрозой. Задача врачей состоит в том, чтобы разобраться, что наполняет жизнь каждого отдельного пациента смыслом, и постараться не лишить его этого. В противном случае пациенту лучше позволить мирно умереть.

даже когда Пол был смертельно болен,  жизнь била из него ключом: несмотря нв слабость тела, он оставался энергичным, отзывчивым,  полным надежд не на выздоровление, а на время, наполненное смыслом.

Мне в голову пришла мысль: "Я не могу так продолжать", и тут же я вспомнил заключительные слова из романа Сэмюэла Беккета "Безымянный", который я читал еще в университете: "Необходимо продолжать, я буду продолжать". Я встал с постели и сделал шаг вперёд. Вновь и вновь я повторял про себя эти строки: "Необходимо продолжать, я буду продолжать".

Врачи примерно представляют, что значит быть больным,  но,  пока они сами не заболеют,  они не могут понять этого на 100%. Это как влюбиться или родить ребенка.

милосердие всегда превосходит справедливость.

Нужно поверить в мир, в котором мы не живем. Это не значит, что если вы ищете смысл жизни, то вы обязательно должны верить в Бога. Однако, если вы полагаете, что в науке нет места Богу, вы вынуждены заключить, что в науке нет места смыслу и, следовательно, сама жизнь смысла не имеет.

Когда скальпель бесполезен, слова становятся единственный инструментом хирурга

- Пол, - сказал он, - как думаешь, есть ли смысл в моем существовании? Принимал ли я в жизни верные решения?
Я был поражен: даже человек, которого я считал образцом этичности, задавался этими вопросами перед лицом смерти.

Я всегда был уверен, что никогда не стану врачом.

"...я стал рассматривать все университетские дисциплины в качестве средств расширения словарного запаса и инструментов, необходимых для понимания жизни."

В тот момент я вспомнил все случаи проявления мною черствости в отношении больных: я не уделял должного внимания их тревогам и игнорировал их боль, когда наваливались срочные дела. Люди, свидетелями страданий которых я стал, четко компоновались в моей голове по диагнозам, и значимость каждого из них я не мог распознать. Все эти пациенты словно вернулись ко мне: злые, жаждущие мести, непреклонные.