Джонатан Стрендж и мистер Норрелл

... хотелось пустить себе пулю в лоб. Единственное, что удержало от безумного шага, – мысль о том удовольствии, которое моя смерть доставит теще.

В мире политики и коммерции каждый кому-то обязан, а кто-то другой обязан ему, так что возникает длинная цепочка обещаний и обязательств.

Он был настолько чист, здоров и доволен жизнью, что практически светился – качество, естественное в ангеле или фее, но несколько смущающее в стряпчем.

— Мой совет, мэм, — сказал он, — больше о них не думать. Мы, политики, знаем, что лучшее средство против наглецов — достоинство и молчание.

А если он и впрямь сошел с ума, значит, у него были все основания.

Нет ничего хуже, считал принц-регент, чем подниматься утром с кровати, не зная, правишь ли ты Великобританией.

Сэр Уолтер считал, что человеку необходимо иметь постоянное занятие. Полезная деятельность способна вылечить многие недуги, с которыми иные средства не справляются.

– Разумеется. Всякий раз, как я предаюсь меланхолии, вы рассказываете мне что-нибудь веселое и таким образом излечиваете мою печаль. Я в долгу перед вами. Ведь в этом и заключается дружба.
– Открытость и честность. Мне кажется, мистер Стрендж, именно эти два качества составляют основу дружбы.

– На войне человек живет либо как принц, либо как бродяга. Я видел, как лорд Веллингтон – если не ошибаюсь, он теперь герцог – спал под деревом, положив голову на камень. Видел я и другое: как воры и нищие дрыхли на пуховых перинах в дворцовых спальнях. Война все переворачивает вверх дном.

Единственным ее недостатком было глупое неверие в свои силы.