В очередной раз пришлось прервать чтение "Рождественских повестей" Диккенса на одном и том же произведении - "Сверчок за очагом". Потому что чем дальше в лес, тем толще диккенсовские партизаны, и этот крутой сантабарбаровский замес напрочь разрывает мой маленький мозг. Все в кого-то влюблены, кругом драмы, потерянные родственники, обманутые и обманщики, перевоспитавшийся злодей, переодевания, совпадения, дурацкие пафосные поступки и вагон благородства, которое ведёт себя не слишком умно. В тот самый момент, когда весь балаган уже близок к тому, чтобы окончательно всё запутать, вдруг всё разрешается, и все с умильными лицами сидят за рождественским столом и в полнейшей гармонии уплетают за обе щёки, хотя пять минут назад готовы были друг друга переубивать, перецеловать, переженить и всякие прочие пере-. А ты (то есть я, ты это я, я это ты и никого не надо нам) сидишь с дымящейся головой и вялыми всквокиваниями: "Да как так-то, да как так-то!" При этом все линии абсолютно очевидные, но насыщенность и концентрированность событий на квадратный сантиметр текста пугает.

В "Рождественской песни в прозе" было пусть и наивное, но милое обаяние рождественской магии и искренняя вера в чудеса, здесь же, при всей моей любви к Диккенсу, уже тупо неправдоподобная страничка жёлтой прессы. Или ток-шоу. В общем, много скандалов. Думаю, что Диккенс специально так сделал, ведь ток-шоу не было, и срубить баблишка на популярных темах и любви народа к таким вот скандальчикам, драмам и всеобщему сюсюканью в конце можно было легче лёгкого.

Что-то последнее время книги подобной тематики навевают старые-добрые песни из советских фильмов и мультиков. Доброта и покой - ассоциации детства. Никогда такое не повторится, как бы счастливы мы не были. Абсолютный покой бывает только в детстве. Потому и бежим мы туда в снах, книгах, фильмах...

"Сверчок за очагом"- это такая предновогодняя сказка, занимательная и поучительная. Почти детектив. Маленькая, но погружаешься в неё с головой. Так и хочется затопить камин (которого нет), или хотя бы грубку (увы, та же история), налить горяченького чайку (с этим хотя бы нет проблем) и погрузиться в чтение, посматривая в окно, за которым бушует вьюга и поглаживая любимую, похрапывающую во сне псинку.

Это история любви и преданности. Любви дочери к отцу, родительской любви, супружеской. Она заставит загрустить, восхитит, научит доброму и правильному. Есть в ней и мораль, и скрытые между строчек назидания и наставления. И, сколько бы не перечитывала, всегда волнуюсь.

Очень рекомендую читать перед праздниками. На душе становится легко и сердце замирает в ожидании. Чудеса случаются. Надо только верить.

Перечитала.

Рассказанная нам в трёх песнях история носит слегка сказочный, чуть идеалистический и впрямь немного рождественский характер. Недаром в качестве одного из действующих персонажей автор выводит нам сверчка, живущего за печкой и вечерами поющего свои песенки. И оттого, что этот рассказ нам как бы рассказан не без помощи этого персонажа, вся история приобретает чуть зыбкий и немного нереальный оттенок — то ли всё это было на самом деле, но может быть и так, что сверчок всё это просто придумал и попросту навеял нам сон о происшедшем...

Но что же произошло? На самом деле вроде бы ничего особенного. Довольно простое и обыкновенное дело. Когда жених намного старше своей невесты. И когда муж намного старше своей молоденькой жены. И когда денег у героев, но правильнее будет назвать их героинями, не так уж и много для независимой жизни. Когда нужда буквально стучится в некоторые дома, а в другие ей и стучаться не надо, потому что она здесь и живёт.

Но ведь история-то рождественская. И значит непременно должно произойти какое-то рождественское чудо...