Исабель смотрит на дождь в Макондо

Нельзя просто так бросить читать Маркеса

Почти то же самое, что «Сто лет одиночества», но — на двадцати электронных страницах, ёмко, концентрированно, под дых.

Дождь незаметно проникал в нас все глубже и глубже. В понедельник на рассвете, когда мы закрывали дверь от резкого и холодного ветра из патио, наши чувства уже были наполнены дождём до краев

Поэзия, которая прикидывается прозой.

Читать лучше в дождь, но есть риск, что слишком чувствительная к магреализму психика примет участие в безмолвной, неторопливой и величественной церемонии всеобщего распада.

Так красиво, что хочется молчать.

Теперь я бы ничуть не удивилась, если бы меня позвали на мессу, которую отслужили в прошлое воскресенье.

Ура, нехорошее послевкусие от рассказа Алёхина надо было срочно "заесть". Копалась в подборке книг с магическим реализмом и взяла этот рассказ случайно, чисто из-за небольшого объёма. Зато здесь счастливая привычка не читать аннотаций сработала как надо. Оказалось, что Исабель из монолога - это та самая дочь, рассказчица в "Палой листве". В том романе всегда была удушливая предгрозовая жара. Монолог по времени случился ещё до самоубийства врача. Исабель ещё живёт с Мартином. Только о мальчике ни слова. Дождь как будто шёл неделю. Но не неделю, а целую эпоху. Он влиял на состояние Исабели, и отнял часть неё. Маркес мгновенно смог погрузить читателя в атмосферу нигде и ничто. Отрезанный дождём от мира, дом будто завис в безвременье. Чувствую, ещё вернусь к творчеству Маркеса и наведаюсь в Макондо.