Деревья дарят радость.

Винни регулярно подтверждает, что наша мать и впрямь была "не в своем уме". А где - в чужом? Но если человек не в своем уме, там больше никого нет, а значит, никакого царя, а значит, он без царя в голове - и опять-таки свихнулся, да? Или она "не в своем уме", потому что не может туда войти, потеряла ключ от своей головы?

Похоже, меня отлили из чистой меланхолии.

В сад выходит Дебби, спрашивает, чего это мы торчим в темноте, и Чарльз отвечает:

• Под звездами загораем.

Я вся из отсутствия, мрака, смерти - из того, чего нет.

На самом деле всем на всех плевать. Можно провернуть убийство, и никто не догадается.

Реальность спешно удрала в окно, как только в двурь ступило восприятье.

Как доверять реальности, если мир чувственных явлений морочит мне голову на каждом шагу?

- Придется рубить, - печалится он.
Лучше бы поостерегся: по некоторым данным, бузиной иногда прикидывается ведьма.

Деревья преображаются - в башмаки и давильные прессы, в телеги и орудия, в дома и мебель. Английские леса плывут по океанам, открывают новые нехоженые земли и новые леса, что только и ждут, когда их срубят.

Если я апрельский дурак, тогда Чарльз, родившийся первого марта, вероятно, чокнутый мартовский заяц.

Но встречаются ли счастливые семьи - или, если уж на то пошло, счастливые финалы - вне беллетристики? И какой такой финал, если ты еще не умер? (А тогда в чем счастье?)

<...> но друзей, разумеется, не выбирают - это они выбирают тебя.

Что купишь, потратив время? "Меньше времени", - грустит миссис Бакстер.

Дождь, куда бы ни шел, носил с собой меланхолию.

<...> наверное, вот чем занимаются кошки - спят, чтобы все исчезло.

До начала - пустота, и не подвласна пустота ни времени, ни пространству, а посему не покоряется и воображению.

Нет ничего хуже, чем первой явиться на вечеринку. Разве что вообще на вечеринки не ходить.

Не бывает детей подходящей модели - разве что выросшие и уехавшие.

У меня с детьми забот полон рот, отвечала Элайза, не отрываясь от книжки. Хотя Гордон ясно видел, что рот у нее полон сигаретного дыма и виски из большого стакана, а дети с грохотом катаются по перилам на чайных подносах.