Цитаты из книги Men at Arms

- Как ты считаешь, преступный ум - такое вообще бывает? Моркоу начал обдумывать этот вопрос вслух:

• Это... наверное, люди типа... Себя-Режу-Без-Ножа Достабля?
• Какой же он преступник?
• А вы пробовали его сосиски, сэр?

Проклятые алхимики! Только не это! Толпа безумных продавцов фейерверков! Я могу вынести толпу наемных убийц, но только не этих идиотов. Нет! Пожалуйста! Кстати, который сейчас час? Моркоу приподнял висящие на ремне песочные часы.

• Около половины двенадцатого, капитан.
• Тогда я пошел спать. Эти клоуны могут подождать до завтра.

На самом деле Старикашка Рон воспринимал окружающую реальность на космическом уровне и поэтому не видел всякую мелочь, как-то: людишек, стены, мыло (хотя, если требовалось разглядеть совсем мелкие предметы, например, монеты, его глаз мгновенно обретал остроту, которой позавидовал бы даже орел).

Таким образом, он не очень удивился, когда мимо него пробежала привлекательная молодая женщина и принялась срывать с себя одежду. Такие события случались постоянно, правда внутри его головы.

– А еще эти волшебники… Полные болваны и халтурщики. Увидят торчащую из ткани реальности ниточку, и сразу давай за нее тянуть!

– Я что хочу сказать, – продолжил Ваймс. – Монарх – это абсолютный правитель, верно? Главный поц…
– Если он, конечно, не королева, – вставил Моркоу.
Ваймс сердито посмотрел на него и кивнул.
– Ладно, ладно. Или главная поцка.
– Нет, сэр, это скорее применимо к простолюдинке. Королев надо называть иначе. Поцесса… Гм, тоже нет, слишком молодо. Да, наверное, поцарина.

потом вдруг открываю глаза, голова шипит как доза слабительного, и тут я думаю: ого-го, опять началось, привет, абстрактный концептуализм, мы идем, интеллектуальное развитие…

Ваймс сунул руку в клетку с только что вылупившимися дракончиками, выбрал того, что поменьше, и вытащил наружу. Дракончик возбужденно захлопал короткими крыльями, из пасти его вырвалась струя голубого пламени. Ваймс прикурил.

Но потом он узнал много нового, а именно: очень, очень богатые люди могут позволить себе быть бедными. Сибилла Овнец вела крайне скромный образ жизни, доступный лишь невероятно богатым людям.

Молись о том, чтобы никогда не оказаться во власти нормального человека, – подумал Ваймс. – Он убьет тебя, не проронив ни слова

Собак создали люди, они взяли волков и наделили их человеческими чертами: ненужной разумностью, именами, желанием принадлежать кому-то и болезненным комплексом неполноценности. Всем собакам снятся волчьи сны, а мечтают они о том, чтобы хорошенько покусать своего Создателя.

Стая – это объединение свободных особей. Стая набрасывается не потому, что ей так приказали, стая набрасывается потому, что каждая особь решила наброситься.

Наверное, поистине живым ты чувствуешь себя только после того, как тебя попытаются убить. Начинаешь замечать, какого красивого цвета небо. Правда не сейчас. Сейчас небо затянуто тучами. Но их-то я замечаю

нельзя заставлять других делать то, что не стал бы делать сам.

Мы не допустим, чтобы повсюду бродили незамужние невесты, это угроза обществу.

Он где-то слышал, что будущий новобрачный не должен видеть перед свадьбой свою предполагаемую невесту – вероятно, для того, чтобы не одуматься. Дурацкий обычай…

Человек должен думать своей головой. Так говорит капитан Ваймс. Проблема в том, что люди начинают думать, только когда им прикажут.

– У бешеных пена из пасти идет, – возразил Гаспод. – А он – безумен. Это когда пена в мозгах.

Ангва, которая пошла в музей вместе с ними, постепенно начала понимать, как Моркоу задает вопросы. Он задавал их, не задавая. Просто говорил людям, что думает или о чем догадывается, а они, поддерживая разговор, сами сообщали все подробности. И он всегда, действительно всегда, говорил правду.

Если совершено преступление, должно последовать наказание. Если процесс наказания осуществляется именно над тем преступником, который и совершил данное преступление, это можно считать счастливой случайностью; если нет, сойдет любой преступник. Так как каждый человек обязательно в чем-нибудь да виноват, правосудие в итоге все равно торжествует.