The Devil and Other Stories

«Кто старое помянет, тому глаз вон. А кто богу не грешен, царю не виноват?»

«Главное же то, что он чувствовал, что он побеждён, что у него нет своей воли, есть другая сила, двигающая им».

«Ей казалось, что если люди завидуют, то то, что она делает, хорошо».

Что ж, вы думаете, что я тогда решил, что то, что я видел, было – дурное дело? Ничуть. «Если это делалось с такой уверенностью и признавалось всеми необходимым, то, стало быть, они знали что-то такое, чего я не знал», – думал я и старался узнать это. Но сколько ни старался – и потом не мог узнать этого. А не узнав, не мог поступить в военную службу, как хотел прежде, и не только не служил в военной, но нигде не служил и никуда, как видите, не годился.

Неужели народы, как дети, могут быть счастливы одним звуком слова «равенство»?

Никогда нельзя объяснить, почему мужчина выбирает ту, а не другую женщину.

Я вышел в коридор, думая уйти от того, что мучило меня. Но оно вышло за мной и омрачало все

Поступая в монахи, он показывал, что презирает все то, что казалось столь важным другим и ему самому в то время, как он служил, и становился на новую такую высоту, с которой он мог сверху вниз смотреть на тех людей, которым он прежде завидовал.

Равенство перед законом? Да разве вся жизнь людей происходит в сфере закона? Только одна тысячная доля её подлежит закону, остальная часть происходит вне его, в сфере нравов и воззрения общества.

Если это делалось с такой уверенностью и признавалось всеми необходимым, то, стало быть, они знали что-то такое, чего я не знал.