Инь и Ян (белая версия)

Театральный эксперимент от автора исторического детектива. Акунин помещает Эраста Фандорина в пьесу с небольшим количеством действующих лиц и приправляет всё это расследованием, убийствами и мистикой. Книга разделена на две части: Белую версию и Черную версию. Ох уж это извечное противостояние мужского и женского начала.) Первая это классический детектив, вторая тоже детектив, но с лёгким налётом мистицизма. Финал их различен, впрочем так же как и личность главного злодея.
Написано легко по "акунински", после прочтения не жалеешь о впустую потраченном времени. Однако традиционной для автора глубины персонажей здесь вы не увидите, впрочем как и слишком интересной истории. Не забывайте это всего лишь театральная постановка, а не очередной роман.

И опять это не тот Акунин, с творчеством которого я все мечтаю познакомиться. И опять это не тот Фандорин, историю которого я уже давно желаю постичь. Это очередной литературный эксперимент автора. Но не простой, а написанный специально для театральной сцены. Это пьеса. Пьеса от Акунина – нечто новое в моем книжном путешествии.

На самом деле тут вроде бы и даже две пьесы, эта книга-перевертыш. Одна канва сюжета и две концовки. С какой начинать – выбери сам. Но так как я читала в электронном варианте – выбора особо и не было – по порядочку: белая и чёрная.

Перед нами нечто, что можно назвать герметичным детективом. Два плана, мимолётные, интересные различия. Две версии происходящего и совершенно разные исходы. И читать их нужно внимательно. В каких облаках я летала, когда не увидела очевидные вещи с самого начала чтения? Зато «второй подход» дал шанс увидеть то, что осталось для меня незначительным и многое обрело смысл. Чувство собственного детективного ничтожества меня не покидало и после прочтения. Да и сейчас, написав отзыв, я подозреваю, что что-то упустила и чувство неудовлетворительности меня никак не отпускает. И это так «по-акунински», но так поверхностно. Все же это пьеса – театр сделает остальное.

Теория меньшего зла, логика и безрассудность, странность и дикость, чёткость и размытые границы, чёрное и белое, реализм и мистицизм, эгоцентризм и эмпатия, мужское и женское начало – инь и янь. Вечное противостояние – заглавная тема акунинской идеи. А что Фандорин? А Фандорин тут, можно сказать, даже и не персонаж. Он всего лишь проводник вселенских сил и противостояния вечности.

И хотелось бы все же закончить тем фактом, что любой эксперимент автора, под любой его личиной, я воспринимаю с воодушевлением и, как правило, остаюсь довольной. Что произошло и в этот раз. А сколько неоткрытого ещё, необузданного мною у автора есть – ух! И какую же версию происходящего я выбираю? Очень хочу черную, но по факту профессии мой разум выбирает белую.

И вот еще одна вещь от автора, еще одна вещь из популярного цикла. Очень я боялась, что автор начнет наворачивать лишние сложности, но нет, на этот раз он ушел в минимализм. Надо сказать, он ему идет.
Не претендую на роль хорошего отгадчика преступника в книгах, но тут, еще в самом начале, сделала пару предположений. И никакие выверты автора, и попытки перевести луч света на других персонажей, уже не могли сбить меня с толку. Не столько руководствуясь логикой, сколько желанием, я упорно цеплялась за свои первоначальные идеи. Забавно, но на этот раз я угадала, причем угадала дважды, и что совсем уж интересно, ни капли от этого не расстроилась. Как вывод, мне было интересно и само действие, а не только развязка.
По сюжету, это, практически, герметичный детектив. Семейство находится в одном доме и делит наследство. С деньгами все понятно, а вот что насчет веера? Да еще и рваного. Неужели его можно расценивать как полезную вещь? Или это тонкое издевательство от покойника с того света? Автор был бы не автор, если бы не внес дыхание Японии в этот роман, и капельку мистики с Фандориным в придачу.
Не могу выбирать между версиями, черной и белой. Мне понравились обе, каждая из них по-своему интересна. Более того, не знаю, как они были изданы, как я понимаю, отдельными книгами, но я бы и издавала их под одной обложкой, причем в виде перевертыша, чтобы каждая из них могла быть первой, каждая была на титульной обложке книги. По мне так это интересный литературный эксперимент, дающий возможность читателю заглянуть в закулисье, увидеть, как рождается книга, но все это без скучных поучений. Представлены две альтернативные истории и, пожалуйста, выбирай, что больше по душе. От мелочей: перелом руки или ноги, до жанра: реализм или мистицизм.

Никогда не любил акунинскую русофобию. Произведения же, лишенные русофобии и политоты, навязываемых взглядов на жизнь и общество, у Акунина как правило выходят весьма неплохими - писать-то он умеет. Правда, я давно заметил в его стиле определенные моменты, превращающие его произведения в некий шаблонный конвейер - но все это пустяки, на нынешнем безрыбье и так сойдет.
Вот эта пьеса тоже лишена акунинских взглядов на развитие общества на Руси - однако вызвало у меня отторжение. А все почему?
А потому что Окунь опять заигрался в эксперименты со стилями. И наверняка у кого-то это укр... позаимств... вдохновился кем-то.
Пьеса разделена на две части - белая и черная. По сути каждая часть заново рассказывает одну и ту же историю, один и тот же детектив, но заканчиваются эти детективы по-разному. В них участвуют Фандорин и его верный раб и япошка Маса. Они расследуют смерть владельца какого-то хорошего дома, и, конечно же, встает вопрос о том, кто последний видел его живым и кто претендует на наследство.
И снова Окунь вставляет свою излюбленную японскую мистическую дребедень. Итого из всего цикла о Фандорине единственными книгами, где не было ничего японского, являются "Азазель" и "Турецкий гамбит". Я не японофоб, но это уже откровенно задалбывает.
В роли японской мистической дребедени выступает веер, исполняющий желания. И это странно, поскольку сверхъестественных вещей и существ в мире, где живет Фандорин, вроде бы нет. По идее Фандорин. столкнувшись с такой штукой, должен перестать быть детективом и пытаться рационально оценивать вещи, но он воспринимает это так, словно это в порядке вещей.
Ну да ладно, представим себе, что это как бы фанфик, не вписывающийся в серию.
Акунин вводит двух подозреваемых в преступлении - Инну и Яна, родственников покойного. В белой версии преступник и убийца Ян. А в черной Инга. Ну, вы поняли, да? Инь и ян, Инга и Ян... Мужчина и женщина...
Черт, это так бесхитростно, что даже плохо!
Возникает логичный вопрос - а чем эти части отличаются, кроме того, что в одной преступник мужчина, а в другой - женщина?
Еще можно заметить, что в первой части веер не волшебный и вроде не производит чудес. А во второй - да, он таки выполняет желания. Впрочем, это неоднозначно, поскольку намеки в первой части на сверхъестественную суть веера есть, просто им никто не успевает толком воспользоваться и проверить это.
Однако... это все?! Мы должны восхищаться тем, что Акунин написал два варианта одного детектива? И что с того!
Категорически не согласен с теми, кто почему-то пишет в рецензиях, что одна часть какая-то "темная", "злая", а вторая наоборот. Где это они увидели? В обоих частях зло разоблачено и наказано.
Тогда что делает эту стилизацию особенной? В чем смысл, мораль? Да ни в чем, Акунин просто выпендрился.
Ну, и детективы-то слабенькие. Фандорин изобличает преступников на основе каких-то косвенных деталей или просто уверенности в их мотивах. То есть доказательств у него никаких. Любой злоумышленник может просто пожать плечами и даже не ждать ареста. Но у них сдают нервы, они признаются, а потом пытаются добиться своих целей уже силовыми методами. Ну, и поскольку Будда за добро, ничегошеньки у них не выходит.
Нет, такие детективы нам не нужны.

Борис Акунин - "Инь и Ян".

"Инь и Ян" - полузабытая книга о Фандорине, о которой я удачно вспомнил. Это пьеса, точнее, две, но с одинаковым сюжетом. Убийство в одной и той же усадьбе, спор из-за наследства, а разгребать всё Эрасту Петровичу. Любителям Акунина глупо не ознакомиться, тем более, что автор в момент написания был в лучшей форме, чем сейчас. Правда, и тут есть оговорочка.

В книге, как я уже написал, две версии. Одна называется "черная", другая, соответственно, - "белая". Они идут друг другу "навстречу", поэтому, как ни возьми томик в руки, вверх ногами открыть не получится. Встает логичный вопрос: с какого же варианта лучше начинать? Я начал с белого и, полагаю, угадал. "Черная" после нее воспринимается как приложение, и это лучше, чем наоборот. Не хочу портить ощущение не читавшим, поэтому заявлю расплывчато: на мой взгляд, любители классического детектива меня поймут. Развязки в обеих пьесах - не супер-пупер, но в серию "что-то в этом есть" я бы включил. А вот тонкости уже без спойлера не опишешь, поэтому закругляюсь.

Интересна в качестве литературного упражнения. Не более... К тому же возникает опасение за будущее художественной литературы, когда видишь, что ее написание превращается в научный процесс с исключительно логическим подходом. Автор открыл для себя секрет создания бестселлеров без крохи уникальности. Теперь это конвейер, который поработил книжные полки магазинов, но останется пустым местом в памяти потомков...

Это, если в общем. Что касается частного, то сюжет достаточно банален, персонажи - стереотипы. Тем более нельзя в них влюбиться, когда в жизнь произведения осознанно влезает рука автора и переставляет их местами. В подобных ситуациях пелена увлеченности спадает, и нам остается наблюдать страницы, измазанные типографскими чернилами. Без музыки сочуствия и переживаний.

Создавая цикл о Фандорине, Борис Акунин постоянно экспериментировал и использовал разные жанры и стили при написании детективов. Каждая книга о Фандорине не похожа друг на друга.
"Инь и Ян" - это детективная пьеса, которую Акунин написал специально для постановки в Академическом молодежном театре.
Действие книги происходит в 1882 году, в Подмосковье.
После смерти барина Сигизмунда Борецкого, в его имении собрались родственники покойного для оглашения завещания.
В числе наследства Борецкого есть старинный восточный веер, на вид очень непрезентабельный и похожий скорее на старый хлам. Во всяком случае такое впечатление он произвел на присутствующих.
Однако, покойный это предусмотрел и распорядился пригласить на процедуру оглашения Советника по особым поручениям Э.П. Фандорина, который даст все необходимые объяснения. Фандорин прибывает в поместье с опозданием, на это были свои причины. А в доме меж тем начинают происходить злодеяния...
1. Сначала я немного скептически отнеслась к этому жанру и не знала, чего ждать от пьесы, но книга мне понравилась.
Пьеса - небольшая, события в ней развиваются очень динамично, автор не отвлекается на лирику и прочую воду. В книге все по существу.
2. Несмотря на форму, это классический детектив. Герои книги - собираются в одном доме (большая часть из них аристократы - родственники покойного), где позже  происходит преступление. Ясно, что преступник кто-то из них. Но кто? Одновременно кажется, что никто из них не мог этого сделать, все же приличные люди. С другой стороны, у всех есть свои тайны и скрытые мотивы.
3. Борис Акунин - мастер "дополнительного" контекста и смысла. В книге он шикарно играет с именами героев и китайской философией.
4. Пьеса существует в двух версиях: черной и белой. Они во многом похожи; особенно первая половина так вообще мало чем отличается. Существенные различия возникают лишь во второй половине пьесы. Я начала читать с Белой версии и возможно, поэтому она понравилась мне больше.
Белая версия - более логичная и реалистичная, в черной версии, наоборот, больше магии и фантазии.
Честно говоря, мне не совсем понятна идея создания двух версий, почти дублирующих (по началу) друг друга, но имеющих разную концовку.
Это сбивает с толку.

Пьеса «Инь и Ян» - это первый театральный эксперимент, выеденный из под пера Бориса Акунина. Маленькое продолжение истории про Фандорина. На мой взгляд, это одна из гениальных пьес современности. 

Пьеса написана в двух вариантах «белая версия» и «черная версия». Два варианта, как две стороны веера, о котором пойдет повествование. В основе лежит один и тот же сюжет, но разные финалы. 

Герметичный детектив, где действие развивается в поместье во время оглашение завещания. Все, кроме рваного веера отходит к племяннице умершего, а, как кажется с первого взгляда «насмешка» по завещанию достоится племяннику. Что же особенного в этом веере? И можно ли получить от него выгоду? На все эти вопросы должен ответить господин Фандорин, который опаздывает на полдня. 

Детектив с элементом мистики, которая в конце развеется, как легкий дым. Фандорин со своим блестящим умом объяснит «мистические моменты» и они окажутся продуманными злодеяниями. 

Очень хорошо прописаны действия в пьесе, читаешь и представляешь перед собой небольшой Петербургский театр, где герои чуточку переигрывают, но от этого не теряют своего шарма и напряжение в зале держится до конца представления. 

Согласитесь, что может быть банальней истории о знаменитом гениальном сыщике, завещании, настоящей охоте за наследством и сюжетного поворота типа "убийца один из нас в этой комнате"? Все по законам классического детектива. Напряжение растет, все друг друга подозревают, раскрываются нелицеприятные семейные тайны, загадочный клубок стремительно разматывается в руках проницательного Фандорина.
Но Акунин заставил этот сюжет заиграть новыми красками. В центре охоты за наследством оказывается древняя японская реликвия - черно-белый бумажный веер, по преданию обладающий магическими свойствами. Если веер повернуть к себе белой стороной (Ян), а от себя черной (Инь), владелец получит все, что пожелает, но окружающий мир станет хуже. Если повернуть веер черной стороной к себе, мир станет лучше, но себе можно причинить зло. Образовывается нешуточный конфликт. Казалось бы посредственная завязка вдруг ставит перед нами вопросы необычайной сложности: как было бы правильней использовать веер? в мужчине или женщине кроется корень зла?
Необычное построение пьесы (имеется две альтернативных версии истории: Белая и Черная), имена главных героев (Инга и Ян), сюжетные линии и детали всячески обыгрывают понятия Инь и Ян. Именно присутствие японской философии и мудрости, немного связанной с этим мистики (а в Черной версии даже волшебства!) придает пьесе изысканность и необычность.