Король Чума. Низвержение в Мальстрем

Лондон совсем обезлюдел; по темным, узким, грязным улицам и переулкам близ Темзы, где, как полагали, и появился призрак Черной смерти, свободно разгуливали только Ужас, Страх и Суеверие.

Одет он был в новешенький нарядный гроб.

Он был до того худ, что, как уверяли товарищи, пьяный мог бы служить флагштоком на мачте, а трезвый - сойти за бушприт.

- Делаем мы это не столько ради личного нашего преуспеяния, сколько ради подлинного благоденствия той неземной владычицы, которая царит над всеми, владения которой безграничны, - имя же ей - Смерть!

как это должно быть величественно — погибнуть такой смертью и как безрассудно перед столь чудесным проявлением всемогущества божьего думать о таком пустяке, как моя собственная жизнь

С чем боги в королях мирятся, что приемлют. То в низкой черни гневно отвергают.

"Трагедия о Феррексе и Поррексе"

Наше решение как мидийский закон: оно не может быть ни изменено, ни отменено.

Ее нос, необычайно длинный и тонкий, подвижный, похожий на хобот, весь в угрях, закрывал нижнюю губу и, несмотря на изящество, с каким она перебрасывала его кончиком языка туда и сюда, придавал ее лицу какое-то непристойное выражение.

Лондон совсем обезлюдел; по темным, узким, грязным улицам и переулкам близ Темзы, где, как полагали, и появился призрак Черной смерти, свободно разгуливали только Ужас, Страх и Суеверие.

В эпоху, к которой относится этот богатый происшествиями рассказ, по всей Англии,
и особенно по ее столице, долгие годы разносился ужасный крик: "Чума!" ...по темным,
узким, грязным улицам и переулкам Темзы, где, как полагали, и явился на свет
Демон черного мора,
свободно разгуливали только Страх, Ужас и Суеверие.

...приятели взирали на зловещие слова: "Мела нет",
(что означало "В кредит не даем"),
выведенные, к их величайшему изумлению и негодованию, над входной дверью тем самым мелом, наличие коего отрицалось.

Одет он был в новёшенький нарядный гроб.