Цитаты из книги Abaddon's Gate

«Не видел ты лица дьявола, — подумала Кларисса. — Ты видел много смертей, но не представляешь, что такое настоящее зло. Есть разница между трагедией и злом, и эта разница во мне».

Она задумалась, понравилось ли «Наву» новое имя — «Бегемот»? Прочувствовал ли корабль величие этой жертвы? Он навеки затеряется в пустоте, но с ним будет она, так же отказавшаяся от прежнего имени.

Тяжелый барабан «Бегемота» уже раскрутили, создав искусственную силу тяжести, от которой кружилась голова. Ноги Анны уверяли тело, что надежно стоят на земле, а внутреннее ухо твердило, что она заваливается набок, и норовило качнуть тело в обратную сторону. Все это было не настолько плохо, чтобы сбить ее с шага, но сбивало ощущение реальности.

"Горе сводит людей с ума", подумал Бык. Горе, смешавшееся с чувством вины и стыдом, действует еще тяжелее.

Верь, что бог знает, как лучше, и не навлекай его гнева - этого довольно для верующего.

Никогда не лезь на место преступления, не убедившись, что тебя не поджидает засада.

"Душ не существует, - с жалостью подумала Мелба. - Мы - мешки плоти, сквозь которые проходят слабые токи. Нет призраков, нет духов, нет душ. Остается только то, что люди о тебе говорят. Имя - оно одно важно".

Надежда не вредит, если не жертвовать ради нее здравым смыслом.

Мы - бренные люди, но в нас есть воля делать, что дОлжно, даже перед лицом смерти, и это дает нам право называться моральными существами.

Она сознавала, что фиксация на раздражении - тоже способ отвлечься от ужаса, творящегося перед глазами, но сознавала отдаленно и смутно.

Тот не знает. веселья, кто не видел, как англиканцы с католиками ныряют на дно бутылки.

Сколько бы ни твердили ученые, что люди не способны общаться посредством феромонов, Анна знала, что всё это чушь. Какие бы вещества ни создавали аромат новорождённой, он был самым сильным из известных Анне наркотиков. Ей даже хотелось родить ещё ребёнка, просто чтобы снова вдыхать этот запах.

Юношеский энтузиазм был утомительным и в то же время обаятельным. Мальчику так хотелось её изумить, что она решила послушно изумляться. Ей это было не так уж трудно, а ему приятно.

Как ни странно, повторив слова Холдена, он поверил в них сильнее, чем прежде. Хотя до сих пор сомневался, правда ли это. Но сейчас требовалась такая правда, и потому это правдой и было.

— Господи! — в голосе Кортеса смешались благоговение и богохульство. — О Господи, что вы наделали?

Анна удивилась. Они ведь сбежали. Заперли за собой двери. Чудовищам не положено ломать двери

Проблема с чудесами заключается в том, что, допуская их, допускаешь всё, что угодно.