Цитаты из книги Волкодав

– Боги не судили женщинам драться, госпожа. Их мужчины должны защищать.

Пожалуй, он швырнул бы её обратно в воду, если бы не знал, что это всё равно бесполезно. Вот уж верность хуже всякой измены.

Есть святые места. Есть недобрые. А есть и такие, что попросту предназначены не для людей. И всё тут.

Воодушевлённый успехом, он с ходу прочитал ещё две вывески и ни разу не ошибся, хотя в одной из надписей встретилась незнакомая буква. Вот только чувствовал он себя так, будто полдня грёб, и всё против течения. Он вспомнил, как Эврих колол дрова и с непривычки сразу нажил мозоли. Ум тоже можно намозолить, оказывается.

Больше всего ему бы хотелось вдруг оказаться где-нибудь на берегу лесного озера, возле уютного костерка. Там по крайней мере никто не орёт тебе в ухо, нахваливая товар…

Он не встречал ещё ни одного палача, который не был бы трусом.

<...> после драки всякий умён, особенно если самому не досталось.

Не верь, когда тебе рассказывают о вражде двух народов, и один предстаёт мужественным страдальцем, а другой – сплошным семенем негодяев! Начнёшь разбираться, и оба окажутся хороши…

Люди всегда рады посмеяться над тем, чем их собирались пугать

Легко же привыкают к простому: силён, значит, всё можно. Начинают задумываться, только если споткнутся, только если с кем-то не вышло. А на самом-то деле и мысли быть не должно… И тоже не потому, что вдруг придут и накажут…

Страшна неизвестность, но предопределённость хуже стократ.

Конечно, они при первом же случае снова намнут холки друг другу. Тем более что оба из одного племени. Известно же, никто не бьёт крепче, чем свой своего, и тем более – бывший друг!

Снег не успел пока вмёрзнуть в скалы и закутать их толстым ковром до новой весны. Первое, ещё непрочное покрывало было дырявым и тонким и чётко обрисовывало укрытые ямы и камни.

Люди всегда рады посмеяться над тем, чем их собрались пугать.

Фраза, смахивавшая на заклинание, заставила Волкодава насторожиться. Когда что-то к месту и не к месту призывают исчезнуть, становится ясно, что исчезать оно и не думало. Тут он вспомнил, как Йарра называл свою ветвь племени «истинной». Если кто-то без конца твердит о своей истинности, значит, есть сомневающиеся…

Пока сам перед таким выбором не стоял, других не суди.

Но любовь к знаниям есть одно из сильнейших человеческих побуждений, и, будучи таковым, не признаёт неодолимых преград.

Кто не сеет добра – тот ему и не жнец.

Ведь сильные и уверенные в себе всегда охотно смеются, не обижаясь на остроумную шутку. И, наоборот, знаков раболепного почтения требует лишь тот, у кого мало причин для уверенности, что его действительно чтят.