Цитаты из книги Муравьиный лабиринт

Проверка электронной почты – форма психоза. Ясно же, что каждые пять минут почта не приходит. Да и не ждешь особенно ни от кого писем. Просто сознание жаждет надежды и перемены, а проверка почты для этого самый подходящий повод.

До любви еще надо дорасти.

Обиды в тактически верный момент обидами не считаются.

Взаимное понимание – это встречное понимание двух взаимов!

Если у человека все очень плохо, значит, ему пора ложиться спать

До любви надо еще дорасти! Любовь – это непрерывное биение двух сердец во встречном поиске друг друга!

Горшеня боится быть умный. Умный – злой, умный – несчастный, умный только себя любит. Горшеня хочет быть дурак

Правда поверху плывет, ложь ко дну идет.

Вопли – это форма передачи искренней информации на неформальном уровне

Как растение вбирает свет, так и человек вбирает любовь.

Нельзя показывать слабость не потому, что ее не видят. Просто когда ее показываешь, она усиливается.

Все, что сделано не для себя, – делает человека сильнее. Все, что сделано для себя, делает человека слабее. Однако все, что сделано не для себя, на самом деле для себя. Парадокс.

Неиспользованный сюжет. Девочка, которая путешествует внутри книг. Из книги в книгу. Чтобы ее найти, надо обнаружить, в какой книге она прячется. У нее золотые волосы, синее платье с белым передником и очень тонкие ножки. И если она погибнет в книге, то погибнет на самом деле.

Жалость к себе убила больше людей, чем все войны в мире.

Горшеня боится быть умный. Умный – злой, умный – несчастный, умный только себя любит. Горшеня хочет быть дурак, – сказал Горшеня

Слова опасны. Пока что-либо не сказано, оно еще не совсем существует и может легко рассосаться, исчезнуть, оказаться мифом, случайной тенью от пролетевшего облака. Высказанное же мгновенно начинает существовать.

- Только не забудьте повысить мне зарплату!

• Это слишком хлопотно. Лучше приходи завтра с чемоданом.
• С чемоданом уже ходила. Это хлопотно и глупо. Все подумают, что я вернулась из Турции. Лучше приеду на "Газели".

За столом сидел не человек, не глава форта, а вершина пищевой цепочки, вобравшая в себя целую кучу живых и растительных организмов, в свой день и час сожравших друг друга.

Лабиринт был одним из двух мест, которые она любила. Второе - Копытовский морг, он же паталого-анатомическое отделение при местной больнице.