The Providence of Fire

- Бывает, что самый сильный ход, - проговорил он, глядя, как сохнут чернила на пергаменте, - это шаг в сторону.

Мёртвые часов не считают.

Тот, кто поступает правильно, вынужден рисковать.

"Прошлое есть сон, - говорили они. - Будущее есть сон. Существует только сейчас."

Когда-то и она во что-то верила: в справедливость и честь, в победу добра над злом, но жернова истории своим медленным вращением перемололи веру в муку такую мелкую, что последние крупицы бесшумно утекали меж пальцев.

— Могла бы избавить себя от долгого путешествия, — сплюнула Гвенна. — А меня — от себя.

— Напротив, — ответила Пирр. — Здесь я встречусь со своим богом в приятном мне обществе. В обществе сестер по оружию.

— Мы тебе не сестры, конь тебя дери!

Пирр задумчиво свела брови:

— Да, и мне сестринская любовь представлялась несколько иначе.

Я не мой отец и не моя сестра, – сказал Каден. – Я не хочу вернуть себе империю. Я хочу ее разрушить.

Уступка – тоже путь к победе. Конечно, если она не приведет к смерти.

Дисциплина... – узда, которой разум правит телом.

Что нужно светильнику...: масло и воздух, горючее и пространство, нечто и ничего. Лиши его масла – огонь погаснет. Лиши свободы – погаснет тоже.