Цитаты из книги The Affair. Second Son

Страна будет охвачена хаосом. Именно к этому террористы и стремятся.

Америка так и не научилась делать хорошие автоматы.

Деверо ела, держа бургер в правой руке, а левой брала с тарелки ломтики картофеля; ее глаза почти все время смотрели в мои. Губы шерифа лоснились от мясного сока. А ведь она была стройной и худощавой женщиной. Должно быть, ее система обмена веществ работала, как атомный реактор.

Работа под прикрытием — это все равно что ложь ...

По моим представлениям, ей было около тридцати пяти — достаточный возраст для того, чтобы казаться уже не юной и кое-что повидавшей и в то же время чтобы не проходить мимо развлечений и удовольствий, которые предлагает жизнь.

Самая лучшая драка — это та, которой удалось избежать, так однажды сказал мне один умный человек. Это не было советом, которому я постоянно следовал, но сейчас я был рад, что после этой встречи удалось уйти с чистыми руками — и в прямом смысле, и в переносном.

На каждом острове, где ему довелось побывать, были проблемы с мусором. Еженедельное его сжигание стало стандартным решением вопроса для всего лишнего, в том числе остатков пищи. Традиция в каждой культуре. Все знают, что слово «костер» произошло от слова «кости».

Однако парень никогда не начинал первым. Этому его на-учила мать, когда Ричер был совсем маленьким. Жози прекрасно разбиралась в таких вещах. Она объяснила сыну, что он никогда, никогда, никогда не должен начинать драку первым, но имеет полное право ответить, если его задирал кто-то другой. И на это стоило посмотреть. Умные прихватывают пистолет, когда предстоит драка с ножами. Ричер же приносил водородную бомбу.

Джо постоянно стоял на предохранителе, а Ричер всегда настроен на автоматический огонь. Когда он вырастет, его будет не остановить. Сила природы. Для кого-то он станет настоящим кошмаром.

Но Стэн считал, что они станут военными. Что еще они знали?

Они все разделяли верность Стэна знаменитой старой поговорке: Война состоит не в том, чтобы умереть за свою страну. Она в том, чтобы заставить других умирать за свою.

– Мы договорим в следующий раз, – сказал здоровяк с фурункулом. – Будет осторожен в своих желаниях, – предупредил Джо. Ричер ничего не сказал.

On his day of demobilization a lugubrious one-armed, one-eyed brigadier wished him well and then added, apropos of nothing, “Mark my words, Moutier, a great war leaves a country with three armies: an army of cripples, an army of mourners, and an army of thieves.”

He had fallen out of the ugly tree, and hit every branch.

I said nothing. I’m good at saying nothing. I don’t like talking. I could go the rest of my life without saying another word, if I had to.

“The best fights are the ones you don't have", a wise man once said to me.

Они пошли дальше. Сорок разных мест. Сорок микрорайонов. Вот только начало знакомства всегда было одинаковым. Племенной строй, тестостерон, иерархия, все виды безумных инстинктов. Тесты совсем другого рода.

– Мы могли мерзнуть всю зиму в Корее. – Мы только что были в Гуаме. Сколько пляжей нужно человеку? – Столько, сколько человек может получить.

Она позвонила врачу и в какой-то момент ответила на вопрос о его возрасте – Мутье отчетливо услышал, как она сказала: девяносто, покорно и в то же время удовлетворенно, что очень о многом говорило, словно в одном слове помещался целый абзац.

old enough to show some mileage, young enough to still find some amusement in the world