«Танцующая со смертью» оказалась для меня книгой не столько о расследовании, сколько об артефакте и о том, что происходит с вещью, когда она переходит из одних рук в другие.
Один человек видит в ней сокровище, другой — святыню, третий — историческую реликвию, четвёртый — ключ к тайне. И сама вещь при этом остаётся той же.
Особенно хорошо это видно в истории ожерелья Кали. Для европейца это прежде всего фантастическое сокровище: десятки крупных алмазов, каждый в форме человеческого черепа, с маленькими рубинами в глазницах. Красиво, невероятно дорого, почти сказочно. Но для человека, знающего индийскую традицию, перед ним не просто украшение и не состояние в драгоценных камнях. Это святыня Великой Чёрной Матери.
И вот здесь в книге появляется, пожалуй, самая интересная мысль: ценность вещи определяется не только материалом, из которого она сделана, но и смыслом, который в неё вложен.
Для одного — алмазы. Для другого — богиня. Кали вообще оказалась для меня интереснее самого детектива.
Индия в нашем культурном сознании долго оставалась той Индией, которую мы знали по кино: Радж Капур, «Зита и Гита», «Танцор диско», песни, танцы, яркие ткани, невероятные цвета и совершенно особая красота. Рядом с этой экранной Индией существовала и настоящая историческая — Неру, Индира Ганди, дружба Советского Союза и Индии. Поэтому Индия для советского человека была одновременно далёкой и удивительно знакомой. Она существовала где-то на границе реальности и сказки. Мы словно знали её, хотя на самом деле знали только тот яркий фрагмент, который пришёл к нам через экран.
А потом в эту знакомую картинку входит Кали — не нарядная кинематографическая Индия, а богиня смерти, разрушения и одновременно защиты, силы и материнства. И за яркой оболочкой вдруг обнаруживается совершенно другой культурный мир.
Встреча с Кали заставляет посмотреть на привычный образ Индии иначе. Это уже не только страна песен, танцев и красивых украшений. За внешней красотой оказывается культура, в которой смерть не обязательно означает конец, а разрушение может быть частью обновления.
И тогда название романа — «Танцующая со смертью» — начинает звучать шире, чем просто название детектива.
При этом Александрова снова делает то, что у неё получается лучше всего: помещает вымышленную историю внутрь настоящей истории. В романе рядом оказываются древнее индийское ожерелье, легенда о Кали, современное расследование и совершенно другая историческая линия — Павел I, Пален, Петербург и дворцовый заговор.
И вот здесь меня ждало небольшое разочарование. Я сначала ожидала, что история индийского ожерелья каким-то образом действительно соединится с Павлом Первым, его кольцом, Паленом и петербургским заговором. Казалось, что вот сейчас все эти ниточки сойдутся. Не сошлись.
Настоящего исторического моста между ожерельем Кали и Павлом книга не строит. Павел Первый и Пален остаются скорее историческим фоном — атмосферой Петербурга, памятью о другой тайне, ещё одним слоем прошлого.
Зато произошла совершенно неожиданная вещь: фон Пален действительно стал для меня фоном — во всех смыслах этого слова.
Историческая фигура, которая не стала полноценной частью детективной конструкции, зато вывела нас к совершенно другой истории, в которую теперь хочется нырнуть отдельно.
Павел Первый вообще оказался любопытнее самой книги.
Пока он появлялся здесь только тенью — кольцо, заговор, Пален, Михайловский замок, загадочная смерть. А ведь за этим стоит настоящая историческая драма: император, который прожил короткое правление, успел поссориться с огромным количеством людей, неожиданно сблизился с Мальтийским орденом, оказался в центре придворных интриг и в конце концов был убит собственными заговорщиками.
И здесь художественный детектив неожиданно уступает место настоящему историческому расследованию.
Что на самом деле происходило с Павлом? Зачем ему понадобился Мальтийский орден? Какую роль играл Пален? Что происходило той ночью в Михайловском замке? И наконец — та самая знаменитая табакерка, которой, по одной из версий, Николай Зубов ударил императора, после чего Павел был задушен?
Вот это уже расследование, которое никакой Александровой выдумывать не пришлось.
Поэтому «Танцующая со смертью» для меня заканчивается немного неожиданно. Начали с индийского ожерелья богини Кали, говорили о мифологии, Индии и ценности артефакта, прошли через Петербург и
Поэтому следующий чек-поинт — «Мальтийский крест Павла Первого» Александровой.
Посмотрим, куда приведёт нас эта дверь.
Наталья Александрова - Мальтийский крест Павла Первого
40 понравилось
