Мир смерти. Планета проклятых

Человек сказал Вселенной: "Я существую!"
"Однако, - ответила Вселенная, - это во мне не пробуждает чуства долга по отношению к тебе".
/Стивен Крейн/

- Я не боюсь ничего и никого! - Голос Керка дрожал от гнева. - Но безрассудная храбрость - плохой помощник для полководца. Сражения выигрывает осторожность, и сейчас я выигрываю это сражение для тебя.

Война ведется ради победы. Оправданно все, что способствует победе: чтобы застать противника в расплох, надо совершать за день трехдневный переход; чтобы никто не смог предупредить врага, надо убивать всех встречных; чтобы воины не обременяли себя в походе добычей, надо дотла сжигать захваченные становища.

Все тот же закон: каждый сам за себя, единственная дорога к власти - дорога по трупам соотечественников. Все технические открытия и изобретения строго засекречены и используются исключительно в корыстных целях. Никогда я не видел, чтобы человееская жадность и эгоизм достигали подобных размахов...

Даже для профессионального игрока это было слишком серьезным испытанием. Ставка - жизнь - несколько превышала размеры обычных ставок.

Когда два существа разделяют эмоции друг друга, нет ни расовых, ни каких-либо иных барьеров. Надо проникнуть в душу, понять ее, чтобы исключить ненависть и страх, потом можно наладить прямое общение.

Недаром говорят, что простота венчает оба конца на шкале артистизма... Непросещенный абориген облекает простую идею в бесхитростную форму и творит красоту. А искушенный критик отвергает чрезмерную изощренность и красивость ради чистой подлинности незатейливого искусства.

Он устал спорить с этими пиррянами. Все как об стену горох. Они мыслят только в настоящем. Прошлое и будущее для них неизменно и непознаваемо, а потому не представляет никакого интереса.

На Пирре человек находится в условиях. которые требуют максимума от его мышц и рефлексов. Но ведь это тупик. Мозг вывел человека из пещер и открыл ему путь к звездам. Если опять впереди мозга поставить мышцы, мы вернемся к пешерному уровню.

"Есть просто гора, а есть вулкан. Люди города изучают подозрительно ать и вражду. Убивать, думать об убийстве, подготавливать убийство - для них удовольствие. <... >Живущие вне города мыслят по-другому. Когда кому-то из них лично что-то угрожает, он борется за жизнь, как и всякое существо. А перед лицом общей угрозы они во имя выживания сотрудничают с окружающими их животными, подчиняются закону... "

Не так-то легко человеку видеть, как рушится система представлений, которые он впитал за много лет.

... человеческое поведение нужно судить только с учётом окружающей среды. Нормы поведения относительны. Каннибал в своём обществе так же нравственен, как посетитель церкви — в вашем.
— Богохульник! Преступление всегда и везде преступление! Существуют моральные законы, обязательные для любого человека, человеческого общества.
— Таких законов нет. Все законы и идеалы историчны и относительны, а не абсолютны. Они связаны со временем и местом, и вырванные из этого контекста, теряют всякий смысл.

Война - это не метод. Война - это убийство.

По сути дела, нам нужно не так уж много - капельку человеческого тепла, и тогда мы сможем выжить

Единственная святыня для меня - это Я! Не так поэтично, зато правда.

Иногда секунды кажутся вечностью. Субъективное время вдруг бесконечно растягивается. Сейчас был как раз такой случай. Язон застыл на месте. Даже дым в небе словно окаменел.

- Дай-ка я буду катить, - сказал он. - А ты прикрывай меня пистолетом. 

- Ладно, кати, я еще могу стрелять. Два полчеловека вместе - пожалуй, выйдет боец.