Carry On

Хотя обычно Баз делает все, чтобы я его заметил.

Если честно, не знаю, почему ходит столько шуточек о распутстве пастухов. А вот ковбоев никто не трогает.

Люди не должны вот так исчезать. Баз бы не исчез. Баз… незабываемый. Как жирное пятно, только в человеческом обличье. Человеческом лишь отчасти.

– Кто знает, на что он способен во сне, – говорю я.
– Ты знаешь, – отвечает Пенни, – ты же следишь за ним.
– Я живу бок о бок с темным созданием, поэтому имею полное право вести себя как параноик!

Ты же знаешь, как огорчилась мама, когда ему отказали. У него есть волшебная палочка, а он даже не знает, как ею пользоваться. Мои родители чуть не развелись из-за этого.

После пятого курса Пенни решила, что мне не дозволено говорить о Базе, если только он не представляет явную угрозу…

Сноу снова подскакивает, когда я захожу на урок греческого и сажусь на место, даже не глядя на него. – Хватит, Сноу, я же не королева.

Шесть недель я торчал под мостом, в гробу, и тугодумы, кажется, даже не собирались меня пытать. Наверное, они сочли это гуманным отношением к вампирам.

Она списывает все наши странности на то, что мы якобы члены мафии.

Все по-прежнему сплетничают о том, где он пропадал. Самый распространенный слух, что Баз участвовал в мрачной церемонии совершеннолетия, а из-за полученных там ран не мог появляться на людях. Второй вариант – Ибица.

Рим построен не на взаимном восхищении

Чувствую, будто мне снова пятнадцать. Тогда я был готов сдаться, если он приблизится, - поцеловать или укусить. Я пережил тот год лишь потому, что так и не смог решить, какой вариант закончит мои страдания.

"Go on, then," he says. "Carry on, Saimon."

"I make lists of things not to think about."
"Why?"
"Because," he says, "it hurts to think about things that you can't have or help. S'better not to think about it."

Баз переживал, что я спалил ему брови, но, на мой взгляд, выглядел он идеально – волосинка к волосинке.Иначе и быть не может.

«И на двадцатом круге, – говорит Пенни, – на исходе года, когда день и ночь разделят трапезу в гармонии, тогда поднимется Завеса. Любой, кто свет в себе несет, способен будет пересечь границу, но лишь на время. Встречай их с радостью и верой, ведь их уста, хоть боле неживые, глаголят истину».

Я знаю, что он ненавидел наши отношения с Саймоном. И жаждал того же. Баз сделал бы что угодно, чтобы встать между нами.

– Что еще за варварство? – спрашиваю я.
– Традиция, – отвечает Баз.

Последним моим поступком будет спасти жизнь Саймону Сноу. Позор на всю мою семью!

Сноу сказал, что собака была оборотнем: думаю, она просто была взбудоражена.