— Невозможно отделить научную фантастику от жанра фэнтези, — вещал тем временем ВАЛИС, — и я сейчас объясню почему. Возьмем, к примеру, псионику или мутантов типа тех, которые описываются в книжке «Больше чем люди». Если читатель не исключает, что такие мутанты действительно могли бы существовать, значит, роман Старджона он воспримет как научную фантастику. Если же он полагает, что мутанты — существа из той же оперы, что чародеи и драконы, и поэтому их никак не может быть, значит, он читает роман в жанре фэнтези. На мой взгляд, в таких романах описываются невозможные вещи. В отличие он фэнтези научная фантастика чаще имеет дело с тем, что могло бы быть при известных обстоятельствах. А как вы понимаете, это вещь в высшей мере субъективная, потому что объективно утверждать, что возможно при известных обстоятельствах, а что нет, нельзя, и это решает для себя в каждом конкретном случае сам читатель.
Возникла небольшая пауза, после которой заговорил парень-латинос, чуть моложе меня, в черной футболке и безукоризненно отутюженных брюках цвета хаки.
— А какая в принципе разница, что подумает читатель? Не важнее ли то, как ведут себя герои? Разве не их поступки определяют жанр книги? Герой книги в жанре научной фантастики полагает, что мир устроен рационально, что на каждый вопрос есть ответ, истина в последней инстанции, поисками которой он и занят. В книге «Больше чем люди» герои полагают, что они следующая ступень эволюции, то есть сугубо научного понятия…
— Позволю себе не согласиться. Именно отсутствие, как вы только что выразились, истины в последней инстанции и делает научную фантастику фантастикой, — изрек высокий, сухопарый старик примерно тех же лет, что и ВАЛИС. Он сидел на низком стуле, отчего колени его находились почти вровень с плечами. — Всегда можно задать дополнительный вопрос. А вот магию объяснить нельзя.
Позади него я заметил бритый затылок — кто-то, расталкивая толпу, направлялся к выходу. Мать Мариэтта? Я отступил в сторону, пытаясь разглядеть ее в профиль. Эх, если бы ее догнать!..
— Никто в романе жанра фэнтези не пытается понять, каким образом работает магия, — продолжал костлявый старик. — Она просто работает, и все. Иисус превращает воду в вино. Все, конец рассказа. В реальном же мире…
— В реальном мире люди тоже не слишком задумываются о том, как работает та или иная вещь, — возразил парнишка-латинос. — Например, для них электричество функционирует потому, что вы щелкнули выключателем.
Черт, похоже, я ее потерял. А ведь это точно была она. Я вновь обернулся к нашей компании. Селена вопросительно посмотрела на меня. Я лишь пожал плечами.
— Верно, большинство людей — лицемеры, — согласился сухощавый старик. — Если бы им и впрямь хотелось узнать, они бы узнали вместо того, чтобы отмахиваться — мол, этому нет объяснения.
— Погодите, — вмешалась кудрявая особа в пышной крестьянской юбке, — большая часть самых важных вещей в нашей жизни не поддается объяснению. Душа не поддается объяснению, демоны, сознание…
Кто-то рассмеялся — кажется, бледный молодой человек с подведенными глазами и в рубашке, которую обычно надевают под смокинг. Он сидел, облокотившись на подлокотник кресла.
— Это значит, что вы — замороченный чудесами персонаж жанра фэнтези, которого по ошибке занесло в научную фантастику. Большинство ученых — по крайней мере ученых МКПО — полагают, что в конечном итоге и в этой области для нас не останется белых пятен. И лишь потому, что пока нам не все понятно, еще не следует вывод, что…
— Человек в его нынешнем состоянии не способен объять разумом вещи, — изрек ВАЛИС своим замогильным голосом, — а если и бывает способен, то не может удержать это в своем осознании. Глаз Шивы, на мгновение раскрывшись, закрывается вновь.
Его голос, похоже, распространялся гораздо дальше, чем могло показаться при таком приглушенном звучании, словно радиосигнал, отразившийся от ионосферы. А может, все дело в том, что людям хотелось его услышать — ведь он был знаменит, богат, писал книги. По крайней мере когда-то писал, пока в него не вселилась Всеобъемлющая Активная Логическая Интеллектуальная Система, именующая себя ВАЛИС. Я не читал его книг, зато посмотрел пару фильмов.
— Согласен. Если мы на что-то и способны, то лишь на миг озарения. Боже, как это печально! — К сожалению, мне не было видно, кто это произнес. — Но по крайней мере в романе жанра фэнтези все так или иначе познают истину. Моральный порядок восстановлен, настоящий король вновь воцаряется на троне, Иисус восстает из мертвых.
— Вы путаете тему и жанр, — возразил кто-то из присутствующих.
— Нет, он говорит о судьбе, — не согласился Том. — Вспоминая о судьбе, вы тотчас переноситесь в мир фэнтези, даже если пытаетесь замаскировать ее под нечто вроде «Матрицы» или «Звездных войн». Как только вселенная начинает общаться с вами лично, это уже магия — если вы король Артур, то вам достаточно вытащить из камня меч…
— Или же Багси Сигель, — добавил кто-то.
— Это точно, — согласился Том, давая понять, чтобы его не перебивали. — А вот в безличном мире научной фантастики королем бриттов становится любой, кому известен фокус — вернее, технология извлечения меча из камня.
— Или же вы с аквалангом ныряете на дно озера, чтобы сразиться с обитающей в нем Девой.
— Странные, однако, девы обитают в прудах, — произнес бледнолицый мужчина с каким-то неуловимым акцентом. — Занимаются раздачей мечей. Как можно строить на этом систему управления государством?
1 понравилось
Ваша оценка
RamingoWS14 июля 201847
Tanja_love21 марта 201436