«Финансовая пропасть — самая глубокая из всех пропастей, в нее можно падать всю жизнь». (Илья Ильф, Евгений Петров)
Одна из постоянных чеховских тем – театральная. Трагик Унылов и благородный отец Тигров после бенефиса решают, как распределить полученный доход. У трагика обширные планы – сестре послать 25 рублей, пару новую сшить – 30, выкупить заложенное, купить табаку, щиблеты, пальто и т.п. Выходило, что полученная сумма полностью уходила на очень нужные вещи.
Но Тигров просит одолжить ему 20 рублей, чтобы съездить в Елец на похороны дяди, заранее предупреждая, что деньги не вернёт. Они отправляются на вокзал, чтобы проводить благородного отца. В ожидании поезда начинают с пива, затем вино. А дальше… Остановиться уже не могут. К ним присоединяется комик Дудкин, зазывая их в «Бель-вю», где за тостами в честь искусства и прочие замечательные вещи… «Поездка же в Елец, покупка чаю, табаку и одежи, выкуп заложенного и уплата сами собой улеглись в далекий... очень далекий ящик».
Старая как мир истина, когда начинается праздник души, а, точнее, обычная пьянка, остановиться уже невозможно. Вспоминаются слова провинциального комика Шмаги из пьесы Островского «Без вины виноватые» - «…Мы артисты, наше место в буфете".
Интересно, что, когда деньги ещё были в руках Унылова, а сумма была приличная, у него были самые благородные планы. Опять же слова Егора Прокудина из «Калины красной» Василия Шукшина - «Деньги ляжку жгут, надо их пристроить». Такие люди как трагик Унылов не справляются с планированием бюджета и следованию дисциплине в его расходовании. И, вроде, только что было достаточно средств, можно было с умом потратить, или хотя бы с долгами расплатиться. Но импульсивные порывы повергают Унылова в неконтролируемый разгул, тогда все нужные покупки и платежи переносятся на завтра. А завтра на послезавтра. И так до… Нет, не до бесконечности. Жизнь конечна. А возможность зарабатывать тоже внезапно заканчивается. (В пандемию для очень многих этот момент наступил мгновенно!) Далее – либо банкротство, либо бомжевание, либо богадельня. Вполне закономерный итог.
Фраза – «Дай только бог встать мне на ноги, - говорил Унылов, - и ты увидишь... Я покажу тогда, что значит сцена! Ты у меня двести в месяц получать будешь... Мне бы только на первый раз тысячу рублей... летний театр снять...» Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 396
32 понравилось
