Золото бунта

Дорога — она доведет до цели; главное — не убиться в пути.

...ему свою веру поменять - как немытому почесаться.

Батя говорил Осташе: есть грехи, которых господь простить не захочет, но нет грехов, которых он не может простить. А потому, чего бы ты ни натворил, не строй на грехе гордыню — мол, все равно мне прощения нету! Проси о нем. Не тебе судить, что будет прощено, а что — нет.

— Нету, сопляк, ни правды, ни брехни, если ты еще не понял. Есть то, чему верят.

Почему от людей человечьего облика ждешь, а глянут они — и рыло у них свиное?

Пятьдесят горных заводов висели на Чусовой и ее притоках, как огромные чугунные яблоки в ветвях каменной яблони. За каждый сплав они спускали три-четыре сотни судов. Думая об этом, Осташа ходил в темноте в недрах своей пустой барки, стучал колотом в борта, а в глазах его был предстоящий сплав: бесконечная, страшная в своем величии деревянная вереница громадных судов…

Бывают люди, что влезают в свою власть плотно и без зазора, что сидят в ней, как змея в чешуе, что сливаются со своей властью нераздельно, как металлы в сплаве. Не важно, что там за человек: великий царь Иван Грозный, патриарх Никон, заводчик Никита Демидов, беглый казак Емельян Пугачев или старый слепой крепостной крестьянин Конон Шелегин. Все они властвуют яро и без сомнения, а потому владычат не только над судьбами, но и над душами.

Язык не метла, в закут не поставишь.

Все тайны людские — от лукавого. Господь своего от людей не таит.

Люди как живут? Кто в заботах, кто в страстях, а кто для интересу.

Вся премудрость в книгах, - настоятельно заметил он. - Народ-то помнит не дело, а одну только байку о деле.

Осташа мельком, но цепко осмотрел её: и на рожу хороша, пусть и с припечаткой, и груди под сарафаном колышутся, как тугое коровье вымя, и крепкий зад растягивает подол – того гляди, треснет. От Фиски так и тянуло ласковым паскудством, в котором Осташа поскользнулся, но не спешил выправляться: что с гнильцой, то сладенькое.

Грехи не оплакивать, а исправлять надо. В скитах — молитвой, а на сплаве — делом.

Благодать - не медный пятак, от человека к человеку переходит и не истирается.

Душа народа только в деле жива. Может, это наша беда, а может — спасенье, — раздумчиво продолжал Корнила. — Нет дела общего — и нет души. Может, у народов иных держав все как-то иначе… Нет общего дела, и каждый сам по себе хорош, живет тихо и пристойно. А мы без общего дела как без ума.

"Ты видел ли когда, чтоб помолился о чем – и сразу в церкви же с потолка упало? Время нужно, чтоб господь все утряс да подвел тебя к тому, о чем просишь. А когда мечешься по жизни, как заяц угорелый, только божий замысел путаешь!"

У каждой тайны дно из золота.

Перетолки — сутолока речей и заумь разуму.