Нефритовые четки

Русское преступление века: медведь украл у боярина бочку водки

...ум подобен листку, который распускается весной и облетает осенью, а дух это могучее дерево, живущее тысячу лет.

Эраст Петрович стоял перед вербой, испытывая все те же чувства, какие положено испытывать русскому человеку, разлучённому с родиной, при виде этого пушистого куста.

С венценосных, собственно, и спрос больше. Если живете во дворцах, едите на золоте и все вам служат, так сознавайте свою ответственность. Увы, вряд ли в России когда-нибудь появятся правители, понимающие, что царствование – Крестный Путь, а золотая корона – Терновый Венец. ("Перед концом света")

Смотреть, как работает истинный профессионал, всегда наслаждение.
("Долина мечты")

Иногда умные люди бывают хуже простаков, - вздохнул мистер Парсей, - и тогда без простака им не обойтись.
("Чаепитие в Бристоле")

Лучше испытать тысячу ударов судьбы, чем всю жизнь пропрятаться от судьбы в чулане.
("Чаепитие в Бристоле")

Чем он тише и незаметнее, тем глубже в нём спрятана тайна.
("Из жизни щепок")

Невежливые люди хороши тем, что с ними самими можно тоже не церемониться.
("Из жизни щепок")

Было начало апреля. На деревьях поблескивали новорождённые листочки, газоны сияли невыносимо зеленой травой, а Эраст Петрович расхаживал среди этого великолепия с совершенно ноябрьским выражением лица.

Полковник засмеялся.

• Я русский. "Моррисом Старом" сделался только в Соединённых Штатах. В этой стране человека не могут звать Mavrikyi Christophorovich Starovozdvizhenskyi. Пока представиться, тебя уже обскакали, а то и пристрелили.

– Да, травы в этом году исключительные, – согласилась Эшлин. – У нас лонгхорны-однолетки за сезон набрали стоуна по полтора, честное слово. А в горных долинах травы вымахали вообще вот посюда.
Она приложила руку к бюсту, что давало собеседнику законное основание обратить взор к этому во всех смыслах выдающемуся предмету, но Эраст Петрович проявил силу воли и не поддался.

Что греха таить, бесхитростные манёвры вайомингской красавицы не оставили путешественника равнодушным. Заглядывать в недра расстёгнутого платья он, конечно, себе не позволял, но однажды, сделав вид, будто достаёт из кармана часы, скосил глаза вниз, на ножки мисс Каллиган. Оказалось, что щиколотки чрезвычайно стройные, а чулки чёрные, в сеточку, опять-таки исключительно недетского фасона.