Мужчина в возрасте около пятидесяти гордо катит по дорожкам парка коляску. Он молодой отец. Рядом идет молодая жена. Она улыбается, кивает, соглашаясь с каждым словом мужа. Вторая молодость или вторая жизнь? А что осталось в первой? Бывшая жена, дочь или сын-подросток. Имеют ли они право на вторую жизнь?
Маша Трауб
Жизнь одна, второй не будет.
Любой "второй шанс" - всего лишь иллюзия. Ведь начинается всё не с чистого листа.
Прошлая жизнь не обнуляется. Характер не меняется. Родственники всё те же.
Правда можно попытаться посмотреть на всё под другим углом зрения, сделать правильные выводы.
Но получается далеко не у всех.
Книга достаточно депрессивная.
Но какая же реалистичная. Это даже пугает.
Значит все те узнаваемые мной образы персонажей и жизненные ситуации происходят не единично.
Значит много людей с такими проблемами.
Эта книга дает шанс взглянуть на них со стороны.
И. может быть, уловить для себя ту точку невозврата после которой уже ничего не изменить.
Дает шанс что-то исправить.
Или, наоборот, принять как есть.
До слез пробило. Давно уже со мной такого не было. Полное эмоциональное опустошение после книги.
Вспомнился тяжелый развод подруги. Вот так же сидели часами и она постоянно спрашивала: за что? Почему? Как он может быть счастливым? А мне что делать?
Вопросы, вопросы на которые нет ответов. Вернее, есть они, но когда женщину терзает боль и обида, бесполезно раскладывать всё по полочкам и взывать к разуму.
Должно пройти время. Оно и впрямь самый лучший лекарь.
А вот если и оно не помогает...
В развале семьи всегда виноваты двое. Всегда.
Но вот мужчинам в возрасте все-таки легче — у них остается шанс на вторую жизнь. На детей, на яркие отношения.
Женщинам сложнее. Дети выросли. Новые вряд ли возможны. Романы крутить, конечно, можно, но вот не всем этого хочется. Налаженная, размеренная жизнь закончилась, а строить новую подчас и сил-то нет. Да ещё когда и любимого дома лишаешься. Очень сложно примириться с действительностью.
Героиня романа Лиза сама во многом виновата. Не любила она, по сути, никого. Вот и наказала её жизнь. Жестоко наказала.
Взялась читать «Вторую жизнь», чтобы перевести дух и расслабиться.
И плевалась ядом, и зарекалась, и недоумевала…
О чем это?
О том, что для мужчин, в отличие от прекрасной половины человечества, вторая жизнь возможна в любом возрасте?
О том, что в интеллигентных семьях докторов наук растут заведомо неполноценные, потерянные личности, неспособные найти себе применение в жизни, испытывать материнский инстинкт, любить кого бы то ни было, вообще ни на что не способные, помимо обид?
О том, что сплошь всё жители маленьких провинциальных городов – лимита неотесанная, не способная на высокие чувства, изъясняющаяся сугубо жаргонизмами и вместе с тем универсальные и неутомимые:" — А я и швец, и жнец, и на дуде игрец"!
Содержит спойлеры
Какую ценность несет книга, помимо бытовых аллюзий и общепринятых штампов?
Видимо, она о том, что не стоит в себе варить обиды, ибо это путь в никуда, плыть по течению, жить по инерции…
Всё это шито былыми нитками, откровенно в лоб, предельно на потребу дня.
Не могу определиться: то ли переросла грустные истории подобного рода, то ли не дотягиваю, как читатель? (Быть может, попросту старею? Гормональные всплески, полнолуние… и всё дела. Пойти, что ли «попилить» мужа, авось отпустит?)
Как простому обывателю мне безумно любопытно, откуда растут ноги у сюжета: данная история взята из реальной жизни либо она целиком и полностью является плодом авторской фантазии?
Долго колебалась в оценке, поскольку меня изрядно штормило на протяжении повествования. "Деревенская лексика», навешивание ярлыков, бытовая пошлость вызывали глухое раздражение, как и большая половина героев. Концовка же показалась закономерной, хотя и изрядно обескуражила.
К сожалению, не могу отделаться от мысли, что Маша Трауб в своем творчестве стала выбирать проторенные маршруты, лишилась своеобразного обаяния, характерного милого шарма, присущего её ранним произведениям.
P.S: прощайте других: не потому, что они заслуживают прощения, а потому что вы заслуживаете спокойствия.
103 понравилось
